Уединившись в своем будуаре после напряженного дня, главная героиня позволила себе выпить гораздо больше, чем обычно. Было душевно грустно и уныло, хотя она по-прежнему пыталась скрывать эти чувства. Каждый бокал вина лишь усиливал ее ощущение бесконтрольности ситуации, которая давила на нее как камень отвесный....
Вместо этого сказала:
– Ну раз ты всё понимаешь и не поддашься на обман, то поцелуй! Что тебе стоит?
Наследник подозрительно сощурил глаза и тихо зарычал.
А в следующую секунду чья-то выдержка дала сбой, и меня сжали в объятиях, чтобы тут же наклониться и впиться в губы. Каюсь, в этот миг план показался уже не настолько хорошим и даже заведомо провальным, потому что меня закружил настоящий вихрь.
Все чувства, которые я так старательно душила, вдруг выбрались наружу и завертелись в стремительном дикарском танце.
Кажется, что Джер не сделал ничего особенного, а ещё он хам, каких поискать, но я влюблена настолько, что почти не против роли фаворитки. Я готова ждать его, встречать и ласкать так, чтобы ни о ком другом и помыслить не мог.
Я готова и почти хочу греть его постель. Носить неприличные платья, если они его порадуют. Да что платья – я даже готова освоить ту метёлочку из перьев и плётку, раз Джеру это нравится.
Но это там, внутри, а здесь и сейчас, в живой реальности, я таяла от поцелуя, как тонкая льдинка на солнце. Губы Джервальта распаляли и дразнили, а мои отвечали тем же, и я вела себя гораздо смелее, чем принц."
"Я не заметила, когда руки успели нырнуть под его рубаху и прикоснуться к горячей, словно вулканические камни, коже. Когда ладони заскользили по этой коже в бессмысленном желании обладать. Взять его полностью! Забрать себе и любить до тех пор, пока не закончатся все силы, а потом… поменяться местами.
Подчиниться этому мощному мужскому телу, его желаниям и прихотям. Разрешить прикасаться там, где не следует, позволить бросить меня в омут чувств и любить, любить, любить…
Вызвать пожар, от которого женщины выгибаются на постели, и дождаться влажного спасения. Поцелуев, танца языка по обнажённой коже и кое-чего ещё.
Да-да, воспитание не позволяло знать о таком, но я знала.
Я вздрогнула, когда моя ладонь скользнула по животу Джера, а он прохрипел что-то про обманщицу.
