В плане наличия крупных банкнот Шмайсер прослыл идеальным клиентом и даже, бывало, заказывал себе восьмерых стоящих на штате у Мамаши девушек сразу. Правда, была здесь и своя королева Марго, киска с амбициями, работавшая исключительно в одиночку. Количество клиентов для нее не имело значения.
Как раз в объятиях этой курочки застал Шмайсера Роланд. Когда Шмайсер, сквозь вьющиеся пряди волос сидящей на нем девочки разглядел вошедшего в комнату грузина, которого уже считал покойником, он издал непонятный звук, похожий на мычание. Роланд посчитал, что этот мерзкий звук будет последним, произнесенным из уст его бывшего патрона на этом свете. Отбросив девочку в сторону, он методично всадил в Шмайсера три пули. В гостиной он подошел к Мамаше и вручил ей тысячу долларов, четверть того, что сумел скопить небережливый Роланд за целый год работы на Шмайсера. За такие деньги она взялась бы захоронить всех погибших в годы Второй мировой войны. А тут предстояла самая малость. К тому же не хотелось Мамаше дурных сплетен вокруг ее заведения, только в последние полгода набравшего обороты. И в это благодатное время растерять всех клиентов?! Ну уж нет! Одного уже потеряла. Хотя кто его знает, может, другого приобрела?.. Опустошенный Роланд стоял на бетонных ступеньках парадного входа и смотрел в воображаемую точку. Он устал. Темно-красный «Форд» плавно подкатил к подъезду и остановился прямо напротив Роланда. Дверца распахнулась, рука Роланда машинально скользнула под плащ…
– Только без глупостей, – в лицо Роланда смотрел короткий ствол «узи». – Садись в машину и не дергайся.
Он залез в «Форд», и крепкие ребята в дорогих костюмах зажали его с обеих сторон, в две секунды обшмонали и забрали пистолет. Спустя минут пятнадцать машина остановилась возле белого особняка на Подоле. Его повели по длинным коридорам в просторный кабинет, обшитый красным деревом. Здесь Роланд увидел немолодую, но поразительно красивую и сохранившую свежесть женщину. Он узнал ее. Именно эту женщину он видел у Дениса Величко.
…Загадочная женщина притягивала Роланда как магнит. Было в ней что-то от дьявола, она внушала страх. Для Роланда это чувство было равнозначно уважению. С первых минут разговора Кутателадзе понял, что эта женщина ему не враг, она хочет, чтобы он на нее работал. Ни один мужчина не смог бы командовать Роландом, его независимая натура не признавала авторитетов, но ведь это была женщина, и какая! Чувство неприкаянности, давившее на него, сменилось гордостью за себя. Значит, он нужен этой красавице. Ее голос показался Роланду голосом провидения. И он с покорным смирением сей же час принял бы смерть от руки богини.