Лена Родионова пожертвовала честью в юности, но приобрела невиданную власть. Теперь она решает судьбы людей и компаний в московских деловых кругах. Её путь от унижения к господству станет решающим фактором в грандиозной переделке собственности.
Бухгалтера вывезли на военный полигон, надели на него бронежилет и каску и выгнали в поле, строго-настрого запретив пригибаться. Постреляли чуток по бегущей мишени, постарались не ранить. Получилось. Ни царапинки не было. Только вот поседел бедолага.
Адвокат вспомнил этот случай, когда его обыскивал один из гамадрилов Бейсика. У адвоката ничего не было. Абсолютно ничего. Но он знал, что убьет Бейсика сейчас. Именно сейчас был самый удобный для этого момент. Орудие убийства он приглядел давно.
Увесистая бронзовая статуэтка бога торговли Меркурия в крылатом шлеме, что стояла на рабочем столе босса. Статуэтка легко вынималась из лунки. Главное – нанести удар и успеть это сделать до того, как Бейсик достанет спрятанный в ящике стола пистолет. Адвокат даже знал, какой пистолет держал Бейсик в своем столе. Это был сделанный на заказ девятимиллиметровый «ягуар» с инкрустацией.
Убить Бейсика и унести после этого ноги. Адвокат, войдя в кабинет, все еще сомневался: осилит ли он эту задачу. Сто кусков наличными и билеты в Швейцарию уже были у него в кармане. Чеченцы дали аванс, они сказали, что вторую половину он сможет получить после исполнения заказа. Он этих ребят знает. С него хватит и пятидесятипроцентной предоплаты.
Чеченцы сказали, что, как только дело будет сделано, в камере хранения аэропорта Внуково в ячейке под номером пятьсот тридцать три он сможет взять остальное. Уверили, что ему не станут чинить препятствий. То бишь прибьют… Если найдут.
Нет, он согласился на это не из-за денег. С Бейсиком у него были свои счеты, хотя… Из-за денег тоже. Сто тысяч на дороге не валяются. Эти деньги помогут ему скрыться из страны.
«Тебя, Бейсик, я убью, и сделаю это прямо здесь», – сказал себе адвокат. Бейсик вызвал его, чтобы узнать, выполнено ли его распоряжение. Утром он приказал адвокату оповестить всех управляющих подконтрольных банков, что Центробанк не будет выбрасывать на ближайшие торги валюту и курс доллара взлетит.
Банкам приказывалось только продавать, причем в конце торговой сессии. И ни в коем случае не скупать. В этом оповещении не было ничего из ряда вон выходящего. Приближенные к Центробанку всегда получали уведомления, предшествующие валютным интервенциям, и зарабатывали, используя секретную информацию, колоссальные деньги.
Адвокат докладывал стоя, впрочем, эта позиция была для него сейчас наиболее удобной. Он спросил, будет ли босс устанавливать величину предложения на межбанковской бирже.
