В свете храма, олов переполняло воздух, осенний полет голубей создавал непреодолимое напряжение. Через полчаса начиналась церемония вручения архиепископского жезла за автокефалию. Лимузины черных машин с приближением устраивали пробуксовку, а мальчики-архипастыри непринужденно разглядывали соборные купола....
К тому же судьба Камалова целиком зависела от шейха. Может, он слишком строг к мюриду. Непомерно требователен к пытающемуся встать на путь истины? Возможно, Гафур не заслужил столь предвзятого отношения, ведь он старается в Москве. При данных обстоятельствах его рвение первично, а мотивы вторичны.
Главное сейчас, что он великолепно сражается в рядах верных слуг шейха и учеников-единоверцев в священной войне, которая уже идет!
Сходка, устроенная Гафуром и Соловьем, в глазах блатных не являлась правомочной.
* * *В одном из неуютных кабинетов с высоченными потолками в большом сером здании на Лубянской площади, олицетворяющей стоическое величие ушедшей эпохи, в темноте беседовали двое. Они были разного возраста и звания, да и их боевой и профессиональный опыт трудно было сравнивать.
Яркий луч диапроектора, высвечивая хаотичное ворочание клубов сигаретного дыма, разливался по экрану, увеличивая портретные снимки слайдов.
– Этот появился в Москве сравнительно недавно, от силы год. Мои опера ведут его с момента появления. Гафур Камалов, 1946 года рождения, уроженец Казани, в 1970 году был осужден за вооруженный разбой, условно-досрочное освобождение за примерное поведение в 1972 году.
– А может, они договорились, – прокряхтел плешивый мужичок в генеральской форме, поправляя сползшую на нос итальянскую оправу.
– Исключено, – без промедления ответил Одинцов.
– И в чем же дело?
– В том, что Гафур посягнул на власть Крота довольно странным для него способом – не раскрываясь.
