Наступило время уезжать из маленького городка в Монро, куда никто не хотел бы попасть. Теперь Гувернантка отправляется в столицу с новой компаньонкой — девушкой из богатых родителей, которая жаждала приключений и романтики. Великая атмосфера великолепных особняков, кипящего шума и алчности городского дна окутало их как плед, когда они первые шагнули в мир знати и теней....
Нортон вздохнул. Ему не хотелось выдавать местоположение гувернантки, но не смог. Это была бы лишь жалкая и подлая отсрочка неизбежного. Ведь он понимал, что Дрейк приехал за девушкой.
— Ушла к морю, — проговорил он. — Несколько минут назад. Ты вполне еще можешь ее догнать. Верхом.
Дарен мгновение смотрел в глаза другу, затем кивнул и улыбнувшись, сбежал вниз, взлетел в седло и направил жеребца в сторону тропинки, уводившей через парк и лес к морю.
Несколько секунд Хейвуд смотрел ему вослед, а затем спустился к подъехавшей карете, дверцу которой уже открывал расторопный слуга.
— Хейвуд! — из салона экипажа выплыла леди. Лорд успел подать ей руку, жестом прогнав лакея.
— Леди Уэст, — улыбнулся Норт старой знакомой. Ее супруг приехал верхом, как и их общий друг Салават Стриджес."
"— А мы привезли с собой мою племянницу, — ступив на землю рода Хейвуд, произнесла женщина с легкой улыбкой.
Нортон повернулся и протянул было руку, но та, что сидела внутри, уже самостоятельно выбралась из кареты, спрыгнув на дорожку.
— Мисс Уиншо, — представила девушку леди Уэст, и Нортон вздрогнул, встретив взгляд умных золотистых глаз юной и, пока еще незнакомой ему леди.
Девушка смерила Хейвуда быстрым взглядом и протянула руку, но не для поцелуя, как было решил мужчина. Она перехватила его ладонь и с готовностью пожала сказав:
— Очень рада знакомству, милорд. И знаете что? Я просто обожаю замки, подобные вашему.
Ее глаза сверкнули озорством и Нортону ничего не оставалось, как поклонившись, произнести:
— Тогда я буду очень рад устроить вам небольшую экскурсию.
* * *Я стояла на вершине утеса, в шаге от начала спуска к берегу. Где-то там шумели волны. Где-то там кричали чайки, а я смотрела на всадника, который, спешившись, замер, подхватив под уздцы своего жеребца.
— Мистер Дрейк! — Мое сердце пропустило удар.
— Мисс Эванс, — он оставил скакуна и шагнул ко мне на ходу доставая какие-то бумаги из нагрудного кармана своего камзола.
И почему я прежде считала его некрасивым? Он ведь лучше всех на свете!
— У меня для вас прекрасные новости и письма, — мужчина остановился рядом.
Одно из писем было от матушки. Другое от незнакомого мне человека, но печать, которая была на конверте, сказала больше, чем могут сказать слова.
— Я был вынужден оставить вас. Я хотел, чтобы вы были счастливы. Вы достойны большего, чем быть гувернанткой, моя леди, — произнес некромант.
