В глухой дремотной квартирке искрит индустриальные вентиляторы, прерываемые размашистыми смехами и веселым моторным треском. Сегодня воздух здесь нечем дышать — таков уж характер ночных пенных вечеринок на втором этаже. Гул барабанов переплетается с визгами и хохотом, создавая беспросветный сумрак преисподней....
– Да, дочка! Причем они как-то сами на меня вышли! Представляешь?! Даже не решился посылать туда резюме… Вот бывает же на свете справедливость!
– Папочка, это такое счастье!
– А я всегда говорила, что ты у меня самый лучший и талантливый! На старой работе еще пожалеют! Еще локти кусать будут, что лишились такого ценного сотрудника! – мама забралась к отцу на колени, крепко обнимая за шею. Они всегда друг друга поддерживали. И в горе и в радости.
– Ну а ты, Даш, чем нас порадуешь? – заговорщически прошептала улыбчивая мать, вперив в меня цепкий взгляд.
– В смысле «чем порадую»? Я же уже говорила, что буду получать стипендию имени Ломоносова. Попробую еще и за Президентскую побороться! А конкурс красоты завтра вечером… Жду вас всех! – растерянно пожала плечами, не понимая, к чему она клонит.
– Да это мы помним, помним, молодец… Ну, а кто тот парень на шикарной машине, который подвозит тебя последние две недели? Может, поделишься? – мама многозначительно развела руками, в ожидании моего ответа.
– Ладно, вы тут обсуждайте парней на шикарных машинах, а у меня дела! – резко встрепенулся Пашка, поднимаясь из-за стола.
– Да нечего уже обсуждать. Полчаса назад я сказала ему, что у нас ничего не выйдет…
Родительница поднялась на ноги и, уперев ладонь в бок, довольно резко выдала:"
"– Это ты отшила председателя профкома? Правильно понимаю? Максим – хороший перспективный парень! Старше тебя всего на несколько лет, а уже защищает докторскую! Я читала его биографию на сайте… Дочка, но почему?
– Да, всё так и есть.
– Ну и что? Почему бы не дать парню шанс? Узнать получше?
– Я не спорю, что Максим умный и перспективный, но, увы, я к нему ничего не испытываю. Он не привлекает меня как мужчина! В сердце не ёкнуло! В груди не зажглось…
– А к грязному татуировщику, который, вдобавок ко всему, избил твоего брата, значит, ёкнуло? – расслабленное выражение лица матери сменилось хмурым.
По моей спине пробежал холодок. Порывисто выдохнула, мысленно уговаривая себя не лезть на рожон. После того как Пашка решил вступиться за мою честь и приперся домой с подбитой щекой, мама теперь при любом удобном случае вспоминала Коршунова недобрым словом.
