В глухой дремотной квартирке искрит индустриальные вентиляторы, прерываемые размашистыми смехами и веселым моторным треском. Сегодня воздух здесь нечем дышать — таков уж характер ночных пенных вечеринок на втором этаже. Гул барабанов переплетается с визгами и хохотом, создавая беспросветный сумрак преисподней....
– Потому что я снова увидел тебя: красивая, холодная, равнодушная, в обнимку с очередным образованным кавалером… – Ян бросил последнюю фразу с издёвкой и замолчал, но уже через секунду, взъерошив волосы, тихо продолжил. – Пил до утра. А когда немного проспался, признался ей, что так и не смог полюбить. Пытался изо всех сил, но это как ходить в тапках не по размеру – что-то всё время напрягает. Мы встречались несколько месяцев, а у меня сорвало крышу, стоило только оказаться под одной крышей с тобой…
– Ян…
– Тогда мне казалось, гораздо важнее ощущать любовь.
Он взял мою ладонь и, поднеся ко рту, прикоснулся к ней губами, а затем провёл шершавым языком прямо по линии жизни.
– Леся тебя обманула. В тот день у моего отца случился инфаркт. Я находился в больнице до самого вечера. Жаль, что ты так легко поверила в этот бред.
Я была шокирована. В голове не укладывалось, что мы потеряли столько времени из-за собственной неуёмной гордыни и страха быть обманутыми. Легче было страдать и лить слёзы в подушку, чем найти в себе силы откровенно поговорить.
– Теперь уже ничего не исправишь, да и я скоро…
Коршунов резко перебил меня, обрывая на полуслове.
– Ты знаешь, что я тебя больше не отпущу? – молнии в его взгляде сменились шквалистым ураганным ветром. Попахивало торнадо.
