Автор
В сумраке ночи и мглах сквозь деревья прорывались огни луны, создавая неопределенную атмосферу опасности. Карета колебалась по трясинной дороге, когда из темноты выглянула фигура разбойника с висящей на шее широкой шляпой. Пэнси чувствовала напряжение за спиной и ритмично билось сердце в предчувствии приключений....
В парадной зале, из окон которой открывался великолепный вид на реку, на софе отдыхала тетушка. Положив голову на атласную подушку, она слушала читающую стихи Пэнси.
Увидев кузена, Пэнси поднялась и приветливо улыбнулась.
– Кузен Рудольф, тетушка, – склонилась она в реверансе, грациозным жестом предложив гостю составить им компанию.
Мужчина опустился в стоящее рядом кресло.
– Однако ты не в меру прыток, племянничек, – заметила старая дама, протягивая руку для поцелуя.
– Я сгораю от желания поближе познакомиться с вами, тетушка Энн, – отвечал гость.
– Ни минуты не сомневаюсь, если бы не Пэнси, ты бы не примчался в мои покои.
Тетушка дала понять, что не испытывает ни малейшего восторга от его визита. Хотя Рудольфу показалось, что она просто забавляется. Он сделал следующий ход:
– Очень сожалею, что не подозревал о существовании такой очаровательной родственницы.
Тетушка, похоже, приняла его игру:
– Ах, извините, вас не известили! По-видимому, виной тому ваше положение в свете.
«Вот так тетушка! Удар ниже пояса!» – невольно восхитился ее ответом Рудольф.
– Я чувствую, тетя Энн, мне следует объясниться. Как вам известно, в последние годы я утратил связи с нашим семейством. И, позвольте заметить, в том нет моей вины, поскольку был вынужден скитаться за пределами Англии.
– Да, да… Кажется, ты успешно распродал фамильные драгоценности…
«Ах, тетушка! Об этом лучше было бы умолчать…» – нахмурился Рудольф.
– Их было до смешного мало! Крайняя нужда, тетя Энн, вынуждает людей добывать деньги всеми мыслимыми и немыслимыми способами.
– Все равно не следовало так поступать, – проворчала умудренная жизненным опытом почтенная дама.
– Вот об этом и хочу поговорить с вами, тетушка, – продолжил свою игру Рудольф. – Два месяца тому назад я подал прошение на имя его величества, чтобы он распорядился передать мне поместье в Стейверли и официально присвоил титул маркиза.
