Автор
Внутренние двери старого охотничьего дома хлипко дрогнули, открыв мир потусторонних мыслей для Лойзы. Она пыталась унять трепет в сердце, но внутри всё горело так ярче солнца — чужая судьба струилась через калитку, словно магический шлейф. Дама из охотничьего дома тяжёлыми шагами спускалась по лестнице, её лицо — маска безразличия и решимости на фоне усыпанных звёзд неба....
В зале повисла такая тишина, что было слышно, как трещат поленья в камине.
Неожиданно голос подал господин Вильдермар: – Пользуясь случаем, я хотел бы зарегистрировать ходатайство от имени барона Вангера о проверке на подлинность расписок, якобы данных Эгоном Густавом Вангером на имя барона Ойгена Ристофа Майера, согласно которым произошло отчуждение Зауберерского озера, расположенного на его берегу охотничьего домика и части земель. У нас возникли веские подозрения по этому поводу, в связи с тем, что позднее попали некоторые бумаги, подлинность которых также хотелось установить.
Если до этого состояние Ойгена выдавал нервный тик, то после заявления нотариуса Вильгельма с моим бывшем мужем случилась истерика. Таких оскорбительных эпитетов я не слышала даже в трактире у Марго от сильно перебравших постояльцев.
– Баронесса, вы понимаете, что после всех этих заявлений вы лишаетесь всего? Ваша дочь будет считаться незаконнорожденной. А принадлежащее вам имущество, приобретённое после развода в мае этого года, перейдёт обратно к барону Вангеру, если артефакты подтвердят факт подделки? В случае согласия на брак по помолвочному соглашению земли Верберов перейдут к вашему новому супругу.
– Я всецело осознаю все риски и продолжаю настаивать на своём решении. Тем более что барон Майер, отказавшись в своё время от прав на Софию Анналейсу, так и не восстановил себя в них. Для моей дочери не изменится ничего.
– В таком случае вот моя королевская воля: с учётом всех обстоятельств я признаю брак, заключённый между Ойгеном Ристофом Майером и Кристиной Вильгеминой Вербер недействительным.
Что именно имел в виду король, я не поняла, но потому, как хищно изогнулись его губы в конце, он точно задумал какую-то гадость. Встав со своего места, он скрылся за той же дверью, из которой появился перед началом заседания.
– Я этого так не оставлю! Если думаешь, что для тебя всё закончилось, то клянусь: всё ещё только начинается! – подскочил ко мне Ойген, брызгая слюнями, но путь ему на этот раз преградил Вильгельм.
