Я сидела в кафе в Эдинбурге и наслаждалась куском пирога Скотч-пай с мясным фаршем. После долгой медосмотической процедуры я чувствовала себя здорово, хотя ожидался десерт из взбитых сливок. Но в голове у меня постоянно плыл образ Леди Малиновой — хищной ведьмы, обитавшей в пустошах за пределами города....
Как было можно так поступить с маленькой женщиной, которая защищала свою честь! Едва не убить ее! Ладно, он мужчина, он привык терпеть боль, но Мэри! Этого он не мог простить ни своему сюзерену, ни его семье. Ещё эти попытки ограбить ее, заставить бесправно батрачить на него! Внутри у него все кипело от возмущения. И когда жена рассказала о мнимой помолвке с соседом в попытке защититься от произвола, то только слабый отголосок ревности где-то проскочил внутри и пропал. Он хорошо понимал, что это был единственный шанс спастись для Мэри.
И вот временами Гленну казалось, что он узнает Мэри и не узнает, будто он должен ещё как-то вспомнить ее, и это относится к тому, что он пока не может вспомнить. Первым звоночком стало то, как утром она одевала сына для прогулке по двору. Интересная шубка, но ещё более интересная шапка на ребенке, с веревочками, завязывающимися на макушке шапки. Он смотрел на Уимлли и видел совсем другую картинку — он, маленький, одетый почти так же, перед ним на корточках присела молодая, красивая женщина и ласково говорит.
— Мишенька, не стягивай резинку с шапки, надует, опять ушки будут болеть, и ты плакать будешь.
Что за видение? И почему его вдруг зовут странным именем Мишенька? Ещё одна загадка в его копилку странностей. Он поймал себя на мысли сегодня за ужином, что Мэри заправляет волосы за ухо таким привычным и знакомым движением, но он, Гленн, никогда не видел его у жены… И опять он решил подождать, однажды это решение ему принесло хорошие результаты, он вспомнил себя, Гленна, вернулся к жене и сыну.
Сегодня у нас с утра был гость. Приезжал лэрд Максвелл. Вошёл он в гостиную, радушно улыбаясь сразу всем, рассыпая комплименты присутствующим дамам, галантно целуя ручки и рассказывая какие-то светские сплетни. Причем делая это все одновременно. Мы с Иннис уже привыкли к такой его манере поведения и только улыбались ему в ответ, что периодически заставляло хмуриться Грегора.
"Так, болтая и улыбаясь, Максвелл подошёл ко мне. Одного короткого, но внимательного взгляда в сторону дивана, на котором Уилли потрясал своего папу умениями в чтении, хватило соседу, чтобы оценить ситуацию и вопросительно поднять бровь, глядя на меня.
