Автор
В уютном подъезде летней столицы Реонерии царила гнетущая тишина — только шелест роскошных хрустальных жалюзи на окнах, дразня проникновением свежего ветра. Лето было мягким и необычайно теплым, хотя и здесь солнце зачастую прятались под низкими облаками. Леди Наташа — главная героиня — шлила по коридорам, ожидая встречи с долгожданным клиентом....
Нервная, бессонная ночь благоприятно не сказывается ни на чьей внешности. Плюс к этому, когда Жнеда, как вчера было обговорено, пришла в господскую спальню наряжаться, Диана и вовсе едва продрала глаза. И даже спустя два часа до сих пор окончательно не проснулась, а все, что успела сделать, это умыться ледяной водой. Какое там переодеться или расчесаться! Вот и щеголяла до сих пор нечесаная и в ночной сорочке. Привидение, ни дать ни взять.
— Не знаю, миледи… не знаю… — пролепетала невеста, прижав ладони к пылающим щекам.
За что тут же получила от Ди по рукам.
— Ну, куда ты лезешь? — проворчала она, вновь хватаясь за пуховку. — Всю пудру сотрешь.
Жнеда смущенно потупилась и проронила еще одну слезинку, которая, чтоб ее, покатилась по щеке, прокладывая на напудренной коже заметную влажную полоску. Да что там полоску — настоящую борозду!
Диана взвыла и бросилась за салфеткой.
— Я тебя умоляю: не реви. Просто. Не. Реви, — процедила сквозь зубы, пытаясь хоть как-то справиться с этим безобразием.
Горе-невеста покладисто закивала.
— Вы такая добрая, госпожа.
Недобрая, ни черта не добрая. Просто, пока она приводила Жнеду в порядок, это помогало занять не только руки, но и голову. Ну и злиться на размазанную пудру или помаду в любом случае было правильнее, чем на девушку, которую вели к алтарю со свободой овцы.
— Помолчи лучше, — шикнула на нее Диана, орудуя пуховкой.
Однако Жнеда на нервах вела себя еще хуже, чем по дороге из столицы в Сливду, — не заткнешь.
— А вы, миледи, кто поможет вам собраться? — забеспокоилась она.
— Не надо мне ничего вертеть, — огрызнулась Ди. — Я же тебе говорила: я не пойду на церемонию.
Жнеда испуганно вскинула глаза, глядя на нее через отражение в зеркале.
— Вы не передумали… — И принялась нервно комкать в руках салфетку, которой недавно промокала слезы.
Бьет на жалость или правда расстроена? Впрочем, не то чтобы это имело значение.
— Не пойду, — твердо повторила Диана. — Буду собирать чемоданы.
— Как же так? — опять запереживала Жнеда. — Сами?
Ди закатила глаза. Можно подумать, она безрукая. Ну и что, что дома Диана просто нашвыряла вещей в кучу, а служанка затем разгребала эти завалы, аккуратно укладывая багаж. Никуда не денется — как-нибудь справится.
— Может быть, позвать Маришу? — неуверенно предложила Жнеда.
И Диане снова захотелось влепить ей отрезвляющую пощечину.
