Бессмысленно заскользила взглядом по радужным разводам, старательно не думая ни о чём, чтобы взбудораженный мозг расслабился и выдал мне правильный oтвет. Почему я вообще о нём беспокоюсь?
Да, всё началось… случайно. Такой уж я человек, что не могу пройти мимо беды, промолчать и не помочь. Поэтому, когда из камина полезла дрянь, я, естественно, пришла на помощь. Потом… Потом подключилась выгода. Но всё равно я не раздумывала и не сомневалась ни разу, когда Маркусу нужна была моя помощь.
Так почему сейчас, когда все главные обещания выполнены, а я стала в разы слабее, у меня всё равно такoе чувство, что без меня он не справится? Как-то же справлялся все эти годы. Вон в какого бугая вырос!
Нет, не то мне тело досталось… Жаль, другого на горизонте не наблюдается.
Поворочавшись ещё немногo, но так и не решив, влюбилась ли я (нет, конечно!) или это отголоски жалости и гиперответственности, предпочла переложить именно эту проблему с первой полки хотя бы на третью. Моя первоочередная задача, как ни странно, не вызвать недовольство Маркуса своей выходкой с призывом демона и подселением его в скелет Теодора.
Как?! Как я это сделала?!
И не грозит ли это нам чем-нибудь серьезным?
Ещё одна, не менее серьезная проблема, как ни странно – Шарлотта. Слишком умная и проницательная, чересчур приятная – я не хочу ей лгать. Но и сказать правду… Поймёт ли? Поверит ли? Будет ли и дальше относиться ко мне с заботой и приязнью, узнав, что я скoрее всего высший демон?
Надо как можно скорее найти шар, показывающий способности, и проверить их снова.
А вдруг он покажет что-нибудь другое? Того же человека, но с определенными способностями. Это было бы просто замечательно!
За всеми этими переживаниями и размышлениями я не заметила, как прошло время. Эмма, заглянувшая, чтобы сообщить о том, что ужин накрыт, всплеснула руками, обнаружив, что я растрепала всю прическу и помяла платье, но привести всё в порядок оказалось делом десяти минут – руки у женщины оказались поистине золотыми.
Когда Эмма убирала уже последние локоны, прикидывая, где именно они будут смотреться лучше всего, в спальню заглянул Маркус. Эти два часа явно пошли графу на пользу: еще немного влажные волосы обрамляли чисто выбритое лицо непокорными кудрями, а свежая одежда впервые на моей памяти преобразила его не просто в привлекательного мужчину, а в настоящего аристократа.