Но на календаре-то давно не тридцатые годы. Посадить кого-то за решетку из-за того, что он поет о любви к девушке, а не к комсомольской организации, было нельзя. Вражьи радиостанции мигом разнесут по всему свету весть о том, что N попал за решетку, и поднимется грандиозный скандал. Чтобы избавиться от «вредного» певца, композитора, писателя, применяли «метод гнева». В газете публиковали возмущенную творчеством мещанина статью кого-то из коллег, в конце часто была фраза: «Нужна ли нам музыка (книги, фильмы, картины) N? Наш народ говорит: «Нет». Я только сейчас сообразила, о ком мы говорим. Дядя Костя. Он часто бывал у нас дома, подбивал мою маму перестать заниматься хозяйством, приглашал ее петь в своем ансамбле. У нас с ним разница в возрасте лет десять, но я звала его «дядя». Один раз он плюнул в телевизор. Я была так потрясена его поведением, что запомнила этот поступок. Мы пили чай, голубой экран был фоном, шел какой-то концерт. И вдруг! Гость вскочил и плюнул в изображение мужчины, который сидел у рояля. Мама живо выключила телик, отец налил гостю полный фужер коньяка и велел:
Меня быстро отправили в детскую, уложили спать, но мне уже было шестнадцать, поэтому утром я начала расспрашивать маму. Та изворачивалась, говорила: «Деточка, Костя заболел, подцепил вирус, от температуры совершил странный поступок». И тут в столовую вошел папа и сказал: «Доченька! Мужчина, который играл на рояле, Юрий, некогда был близким другом Кости. Потом он совершил подлость, написал о нем плохую статью в газете, Костя из-за этого потерял все концерты, его коллектив разбежался. Жена его не захотела состоять в браке с опальным мужем, оформила развод, выписала Костю из квартиры. Вахрушеву пришлось очень тяжело. А Юрий получил пост в Союзе композиторов, он доказал своим подлым поступком верность властям.
– Дорогой, не стоит рассказывать это ребенку, – осторожно сказала мама.
– Она оканчивает школу, – отрезал отец, – должна понимать, что, кроме любящих родителей, на свете еще живут подлые твари.
– Милая, иди к себе, – скомандовала мама.
Я убежала, но потом на цыпочках вернулась к неплотно закрытой двери и стала подслушивать. Мои родители жили мирно. Но мама была излишне эмоциональна, отец же терпелив сверх меры, он никогда не кричал на жену. Но в тот день все пошло не так. Мама налетела на мужа-генерала:
– Девочка еще глупая, начнет болтать что не надо и где не следует! Неприятностей не оберешься.
Отец молчал, а мама набирала обороты:
– И Костя тоже хорош.
