Автор
В высоком тоннеле изящной блондинки встретился мужчина с загадочными глазами и улыбкой скрытой под маской холодности, привлекая ее необъяснимым исходящим от него теплом. В его ладонях она видит настоящую тягу к доверию - как будто могла положить руку в теплые его пальцы и вместе преодолеть забытые годы, стирая границы секретов....
Во всяком случае, я все для этого сделаю.
Дорога выдалась утомительной. До позднего вечера дети не хотели спать. Сначала они просили есть, потом обижались, что я мало даю еды, затем хотели пить и в туалет. Когда, наконец, все трое заснули, я была выжата, как лимон. Беготня по пересеченной местности с переполненной тачкой обессилила меня меньше, чем четыре часа в тесном помещении с тремя детьми. Радовало только то, что через семь-восемь часов, по словам возничего – пожилого, но крепкого дяденьки с добрыми глазами, - мы уже будем на месте.
Улыбнувшись, всматриваюсь в ночную непроглядную темень. Не видно ничего. Это тебе не город-миллионник с фонарями и витринами магазинов. Предполагаю, что мы едем вдоль полей, но это неточно. Видела что-то похожее на кукурузу, когда выглянула луна и ненадолго осветила окружающий пейзаж. Сейчас же тучи заволокли все небо и видимость стала почти нулевая. Совершенно не понимаю, как там извозчик правит двойкой гнедых? Конечно, возле него горят несколько фонарей, но насколько они освещают дорогу – это вопрос.
Постепенно равномерное покачивание экипажа оказывает на меня усыпляющий эффект. Сначала я еще пытаюсь бороться с резко накатившей сонливостью, а потом просто отключаюсь.
И снова вижу бальный зал. Теперь на мне бархатное, темно-зеленое, шитое серебром платье. Глубокое декольте демонстрирует соблазнительные очертания груди, высокие перчатки подчеркивают хрупкость запястий.
- И теперь у меня заняты все танцы, только бы барону ничего не досталось, - рассказывает хорошенькая блондинка и все девушки заливаются смехом, в том числе и я. – Никто не видел, он сюда приехал? Очень надеюсь, что нет. Это такой мезальянс, а он словно не понимает.
И девушки снова смеются, а потом одна из них, очень миленькая шатеночка с родинкой на щеке поворачивается ко мне и спрашивает:
- А знаешь кого я сегодня видела?
- Понятия не имею, - отвечаю, ощущая, что улыбка, появившаяся у меня на губах, не имеет никакого отношения к веселью, она резиновая и насквозь фальшивая.
- Герцога Сомерсета!
- Кого? – я переспрашиваю, но на самом деле, это уловка, я прекрасно услышала и первый раз и так же отлично вспомнила, о ком идет речь.
- Ну того, кто за тобой ухаживал в прошлый наш приезд ко двору.
