К тому времени, как она закрыла за ними дверь кабинки, женщина остановилась и склонила голову набок.
Жанна Луиза мельком увидела пустые глаза женщины, уставившиеся на керамические плитки перед ними, когда она убрала длинные волосы, а затем сосредоточилась на маскировке мыслей и боли женщины, когда она погрузит свои клыки в ее горло.
Ливи неуверенно стояла в открытой двери своей кабинки, когда Жанна Луиза выскользнула из последней кабинки.
— А, вот и ты, — сказала девочка с улыбкой, заметив ее. — Я боялась, что ты ушла.
— Никогда, — беспечно ответила Жанна Луиза, присоединяясь к ней у раковины и поднимая ее так, чтобы она могла дотянуться до мыла и крана.
— Я думаю, ты нравишься папе, Джини.
Объявление было настолько неожиданным, что Жанна Луиза чуть не уронила ребенка. Продолжая держать ее за руку, пока девочка деловито мыла руки, она спросила: — Почему ты так говоришь?
— Он больше улыбается, когда ты рядом. И он больше не кажется таким грустным, — просто сказала Ливи. — Сколько я себя помню, он очень грустил. Я думала, что это моя вина, но бабушка говорит, что это потому, что мама умерла. Она говорит, что он скучает по ней. Но он, кажется, не скучает по ней так сильно, когда ты рядом.
Жанна Луиза поколебалась, но потом спросила: — Я ему нравлюсь?
— Конечно, — сказала она с усмешкой. — Ты мне тоже нравишься. Кроме того, ему понадобится кто-то, кто заставит его улыбнуться, когда я попаду на небеса.
Улыбка застыла на лице Жанны Луизы, когда она взглянула на невинное личико девочки, и сердце ее сжалось.
— Я закончила. Ты можешь опустить меня, — объявила Ливи, заставляя ее выйти из минутного замешательства.
Жанна Луиза опустила девочку на пол, быстро вымыла руки и выхватила из автомата пару листов бумажного полотенца. Закончив, они бросили бумажные полотенца, и вышли из туалета. Только когда они вышли в ресторанный дворик, она поняла, что ее так отвлекло неожиданное кормление, что она забыла сходить в туалет.
— Мы пойдем купаться, когда вернемся? — взволнованно спросила Ливи, когда Пол пристегнул ее к креслу.
— Как только мы доберемся до коттеджа и вытащим все из машины, — сказал Пол, заканчивая свою работу и выпрямляясь, чтобы закрыть дверь. При этом он бросил взгляд в переднее пассажирское окно и нахмурился, заметив, какое бледное и напряженное лицо было у Жанны Луизы. Его взгляд вернулся к дочери. Ливи все еще не спала и улыбалась. Нахмурившись, он открыл пассажирскую дверцу и наклонился.