Автор
Она стремительно скользит по рынку как леденец в горькой ртуть. Жажда отчаянно сжигает драгоценное сознание, но она не останавливается. Шоколадные волосы и ореховые глаза яростно светятся внутри ее белоснежного платья. Ее храбрость и красота создают уникальную атмосферу опасности и приключений на фоне бесконечных торгов, где она мастерски избегает погони....
Слетевшееся невесть откуда ребятня из бедных районов чуть ли не под ноги нам кидалась за всем этим богатством. Как же счастлива я была в этот момент, что они не ползают под моим тем самым необъятным платьем. Как же хмурилась Люси за эту мою выходку."
"Не оценила она простой покрой элегантного платья, закрытого спереди и с умопомрачительным вырезом сзади.
Не так «дорого — богато», как подобает.
Но мне было уже всё равно. Я хотела с честью выйти из этого испытания и никогда не вспоминать весь этот ужас.
Только в храме выдалась передышка, но ненадолго.
— Рауль! — взмолилась я.
— Держись, Бель, — прошипел он. — Считай это суровым жизненным испытанием.
— Я никогда не дам тебе развод, так и знай, — прошипела в сердцах.
— Любовь моя, — склонившись, шепнул он мне на ушко, — а браки истинных нерушимы. Разводы запрещены! Я со всех сторон подстраховался. Моя навеки!
— И слава богам! — моргнув, получила по лицу огромным пионом. — Они что все цветочные лавки опустошили?
— Бабушка сказала — это традиция, — прорычал мой бедный лорд дознаватель.
Мы, не сговариваясь, ускорили шаг и уже чуть ли не бежали от дверей храма к белоснежной карете, измалеванной изображениями драконов — идея Дункана.
Заскрипев зубами, я поставила ногу на первую ступеньку и ощутила, как Рауль, буквально схватив руками под зад, занес меня внутрь. И вот дела! Я его за это даже расцеловать была готова.
Дверь кареты захлопнулась, но через широкое оконце в нас продолжали лететь всевозможные цветы, монеты и прочая яркая дребедень.
— Гони! — Рауль ударил по стенке, подгоняя возницу.
Только через квартал я смогла, наконец, выдохнуть.
— Если бы знала, что свадьба — это так ужасно, сбежала бы с тобой в Лодос в ту же ночь, как мы поженились, — выдохнула обреченно. — Это несправедливо, Рауль! Это наш праздник. Наш! Ну почему мы не можем устроить его так, как хотим?
Я знала, что задавала этот вопрос мужу и не раз, но мой любимый лорд дознаватель улыбнулся и, протянув руку, погладил меня по щеке тыльной стороной ладони.
