Автор
Она стремительно скользит по рынку как леденец в горькой ртуть. Жажда отчаянно сжигает драгоценное сознание, но она не останавливается. Шоколадные волосы и ореховые глаза яростно светятся внутри ее белоснежного платья. Ее храбрость и красота создают уникальную атмосферу опасности и приключений на фоне бесконечных торгов, где она мастерски избегает погони.
Такая сила! Ее пламя уходило далеко под купол Центрального зала, — на губах служанки заиграла глупая улыбка. — Все были покорены ею. И его Величество, в том числе.
Ммм? Я моргнула и подалась вперед. Взяла бутыль и, откупорив, подлила вина и себе, и разоткровенничавшейся Люси.
— И почему же она не стала королевой? — прищурившись, вся обратилась в слух.
— А вы не знаете? Странно, разве матушка не рассказывала вам о своей молодости?
— Люси, милая, я с десяти лет росла и училась в пансионате. Увы, у нас с маменькой нет столь доверительно-близких отношений."
"— Это да, — она кивнула, — я читала ваше дело. Все девочки как положено отправлялись на учебу после четырнадцати и в открытые школы, а вас еще дитем и к этой чудовищной леди Урлоу в ее закрытую «тюрьму» для благородных несчастных малышек. Мне так вас жаль стало. Ой, — она, спохватившись, прикрыла рот ладонью и испуганно распахнула глаза. — Простите леди, я забылась.
— Ничего, ничего, — я тепло ей улыбнулась и мысленно пожалела бедную Мирабель, а она еще сокрушалась, что меня на горох ставили. Действительно, светлая душа. — Так что там было между моей матушкой и его теперь уже Величеством?
— Да что было, леди. Симпатия и сильная. Даже свидания, но в шаге от победы леди Гимера сошла с дистанции и была исключена из списка претенденток в невесты короля.
— Почему? Была ведь причина.
— О да, — Люси хихикнула. — Ее поймали за «горяченьким» с одним виконтом. Разразился скандал. Их спешно поженили, но мужчина попал в опалу. Собственно, я даже и не знаю о его дальнейшей судьбе. Ну хотя... Это же ваш отец, вы должны знать.
— Мой отец, — что-то тревожное кольнуло в сердце. — Мой отец умер по дороге в столицу. Разбойники.
— Может быть, — она отпила вина. — Где-то через год, а может, чуть дольше, о них перестали таскать сплетни. Хотя вряд ли смерть столь значимого аристократа осталась незамеченной. Странно это.
— Странно, — согласилась я с ней. — Очень уж странно.
— Но как бы там ни было, перед самым финалом его Высочество застал ваших родителей за непотребством, — произнеся это слово пожилая служанка забавно хихикнула. — Потом был скандал и их спешный отъезд. А королевой стала другая.
— Любопытно, — я подлила ей еще вина и пригубила свой бокал.
Действительно, крайне познавательный рассказ получился. У Мирабель оказалась взбалмошная, честолюбивая, деспотичная маменька, а у меня в отцах не кто иной, как опальный виконт. Да не Гимера, но...
