Прямо перед ней маячил встревоженный лоб, где-то в серых тенистых краях. Изабелла чувствовала себя подчеркнуто неуместной и невинно обиженной среди этого круглого стола из зажиточных дам и упрямых мужчин. Аромат фиалок напоминал ей о том, что она — леди второго сорта, настолько подавляемой своей социальной низостью, что даже в этом мире моды и придворного шума ее замечают лишь как приветствие....
За все то время, что прошло с возвращения оборотня, он так ни разу и не посмотрел мне в глаза, да и разговаривали мы мало. Нечаянно возникшая близость развеялась, сделав нас еще более чужими, чем раньше.
— День выдался тяжелым, — добавил Хольм, с непонятным сомнением окинув взглядом импровизированную лежанку. Та была невысокой, сколоченной из грубых досок, но достаточно широкой, чтобы на ней поместились двое. — Понимаю, вы не привыкли к таким условиям, — теперь сомнение проскользнуло и в голосе.
— А вы?
— Устроюсь на полу.
— Но там холодно. И сквозит.
— Ничего. Я привычный.
Не глядя на меня, Хольм скинул сюртук, растянулся на шкуре, закинул руки за голову и закрыл глаза.
— Темной ночи.
Я прикрутила фитиль лампы и добралась до топчана. А потом сняла платье, легла и натянула одну из шкур до самого подбородка.
Хольм не ответил.
Я поворочалась немного, пытаясь найти удобное положение, но топчан оказался слишком жестким, и мне никак не удавалось уснуть.
После часа мучений, я не выдержала.
— Лорд Хольм, вы спите? — шепотом спросила оборотня.
— Нет, — после паузы, ответил тот.
— А Давенпорт знает об этой избушке?
— Нет.
— А кто-то из вашего клана?
— Никто. Спите, леди Бернстоф, и ничего не бойтесь. Вас не найдут.
Хольм повернулся ко мне спиной, недвусмысленно давая понять, что продолжать разговор не намерен, а я уставилась в бревенчатый потолок и задумалась о том, что делать дальше.
— Тетушка, уверяю вас, мне не почудилось.
Отец Изабеллы нервно провел рукой по русым волосам и взволнованно посмотрел на сидящую в кресле леди Летицию.
— Кто-то устроил в мастерской обыск. Пэнни волнуется за Беллу. Если с нами что-то случится...
— Кристофер, во что ты опять ввязался? Это снова твоя жена и ее очередное запрещенное изобретение?
Леди Летиция нахмурилась, отчего между ее тонкими бровями появилась глубокая складка, и посмотрела на племянника с плохо скрытой тревогой.
