Прямо перед ней маячил встревоженный лоб, где-то в серых тенистых краях. Изабелла чувствовала себя подчеркнуто неуместной и невинно обиженной среди этого круглого стола из зажиточных дам и упрямых мужчин. Аромат фиалок напоминал ей о том, что она — леди второго сорта, настолько подавляемой своей социальной низостью, что даже в этом мире моды и придворного шума ее замечают лишь как приветствие....
Мои люди который год землю роют, но найти так ничего и не смогли. Да и твои тоже. А время уходит. Еще несколько лет, и последствия станут необратимы, а клан без притока новой крови окончательно захиреет.
В голосе Лукаса послышались отголоски злой боли.
— Прекрати, Хольм. Мы его найдем, слышишь? Вот увидишь, я еще на твоей свадьбе погуляю.
Давенпорт сказал это тоном, совсем не похожим на тот, каким говорил обычно — простым, человечным, даже подбадривающим.
— Конечно, погуляешь, — хмыкнул Лукас. — Вот найду артенид и женюсь на девчонке погорячее, чтобы мне под стать была.
Я изо всех сил сжала подлокотники кресла. Мысль о том, что Хольм хочет жениться на какой-то «горячей девчонке» и родить от нее детей, почему-то вызвала злость и желание громко выругаться.
— Ну вот, видишь, — добродушно сказал Давенпорт, и меня снова поразило, каким он может быть, когда сбрасывает маску холодного и сдержанного лорда. — Все получится. Мы его найдем, даже не сомневайся.
— Ты-то сам как? Начальство давит?
— Ты же знаешь Нортона.
Рэндальф добавил что-то еще, но так, что я не разобрала ни слова, а потом в комнате наступила тишина.
Интересно, что они там делают? И о каком деле говорил Давенпорт? А главное, при чем тут Каллеман? Я прижалась щекой к двери, пытаясь расслышать хоть что-нибудь, но из-за дубового полотна не доносилось ни звука.
— Миледи, прикажете подать к обеду приборы для гостей?
Вопрос Петерсона заставил меня вздрогнуть и нажать на рычажок.
— Думаю, да, — сделав вид, что и не думала подслушивать, а просто так сидела под дверью, ответила Петерсону. — Не знаю, как лорд Давенпорт, но лорд Хольм здесь надолго, так что нужно будет пригласить его к столу.
— Я мог бы достать из подвала бутылочку лафита, — предложил дворецкий.
Он распрямился, в блеклых серых глазах мелькнуло что-то живое, да и сам Петерсон словно разом помолодел на несколько лет.
Я собиралась ответить, но в этот момент дверь кабинета открылась, и на пороге показался Давенпорт.
— Белла? Ты здесь?
Он взглянул на меня с недоумением и спросил:
— Что ты тут делаешь?
— Хотела узнать, останетесь ли вы на обед.
Я вопросительно посмотрела на опекуна.
— Нет, — отказался Давенпорт. — Мне нужно идти.
