Прямо перед ней маячил встревоженный лоб, где-то в серых тенистых краях. Изабелла чувствовала себя подчеркнуто неуместной и невинно обиженной среди этого круглого стола из зажиточных дам и упрямых мужчин. Аромат фиалок напоминал ей о том, что она — леди второго сорта, настолько подавляемой своей социальной низостью, что даже в этом мире моды и придворного шума ее замечают лишь как приветствие....
Кто такая эта Изабелла Бернстоф, чтобы он всерьез воспринимал ее ненависть? Если бы он реагировал на всех, кто его ненавидит, так давно перестрелял бы половину Дартштейна. Уж людей Сивого точно.
Он усмехнулся и тут же поморщился. Нога болела все сильнее. Рес! Угораздило же упасть так неудачно. Как под руку кто толкнул. Еще и эта… «Заживет, как на собаке…» И почему его это так взбеленило? И вообще, что с ним происходит? Почему вдруг стало важным, что эта Изабелла о нем думает? Почему он уже несколько дней не может выкинуть ее из головы? А точнее, с того самого момента, как увидел девчонку после ее странной болезни.
Нет. Пора заканчивать с этой лирикой. Дело — и ничего больше. Ему нужно найти артенид, а ради этого можно вытерпеть все, что угодно, даже общество Изабеллы Бернстоф и те эмоции, что она вызывает.
***
— Дикарь! Невоспитанный хам! — бормотала, давя на рычажок все сильнее, отчего коляска стрелой неслась по коридору. — Помощь ему, видите ли, не нужна… От меня! Да пусть хоть помрет, пальцем больше не пошевелю!
В душе бурлило негодование, а сердце ныло.
Я не вписалась в поворот и задела ногой выступающую панель.
— Ай!
Колено прострелило острой болью.
— Да что ж за день-то сегодня такой? — прошипела вслух, потирая место удара, а потом замолчала и уставилась на подол платья.
Не может быть!
Я попыталась пошевелить правой, но та осталась неподвижной.
— А так?
Левая тоже не сдвинулась ни на миллиметр.
— Но я же чувствовала!
Я наклонилась и впилась в колено ногтями. Никакого результата. Как будто деревянной колоды коснулась. Выходит, просто показалось?
— Миледи, что-то случилось? Вам нужна помощь?
Встревоженный голос заставил меня поднять голову.
— Может, за доктором послать?
На меня испуганно смотрели две служанки, Роза и Вилма.
— Со мной все в порядке, — чуть резче, чем хотелось бы, ответила прислуге, но тут же постаралась смягчить тон и спросила: — Вы на второй этаж идете?
— Нет, во флигель. Тер Петерсон сказал, там тоже нужно убраться, — несмело улыбнулась Роза.
— Передайте Петерсону, чтобы послал за доктором Штерном.
