Николай ведет борьбу за ледяной клад на таёжной реке Читауте. В условиях сурового мороза и неведения о местонахождении сокровища, ему предстоит отвоевать добычу у стихии. Интрига заключается в том, удастся ли ему вдохновить людей на подвиг ради этого ледяного богатства.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Ледяной клад»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Николай ведет борьбу за ледяной клад на таёжной реке Читауте. В условиях сурового мороза и неведения о местонахождении сокровища, ему предстоит отвоевать добычу у стихии. Интрига заключается в том, удастся ли ему вдохновить людей на подвиг ради этого ледяного богатства.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Венедиктович Сартаков Легкое чтение Любовные романы подборки серии
Николай ведет борьбу за ледяной клад на таёжной реке Читауте. В условиях сурового мороза и неведения о местонахождении сокровища, ему предстоит отвоевать добычу у стихии. Интрига заключается в том, удастся ли ему вдохновить людей на подвиг ради этого ледяного богатства.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Судя по телеграмме, она, по-видимому, предпочла провести время где-нибудь на юге, нежели на рейде, пока здесь нахожусь я. Такова моя гипотеза.
- Это очень хорошая гипотеза, - вглядываясь в какую-то бумажку на столе, медленно сказал Цагеридзе. - Но вот вчерашняя радиограмма Анкудинова о вашем вылете сюда. Она начинается словами: "Завтра двенадцать ноль-ноль..." А далее говорится, что прилетите вы один. Значит, об этом стало известно еще накануне, а не в момент вашего прибытия на аэродром.
- Что ж, Анкудинову, возможно, это и было известно. Марии Сергеевне тоже. А мне известно не было, - наливаясь багровым румянцем, проговорил Баженов. - Я рассказал о своих отношениях с Марией Сергеевной только из личного уважения к вам. И прошу принять мои слова так, как они были сказаны. Все остальное становится похожим на допрос.
- Не сомневаюсь в ваших словах, - сказал Цагеридзе, незаметно для себя входя в тон Баженова. - И допрос я учиняю не вам, а себе. Меня сейчас мало интересуют ваши отношения с Марией. Меня интересуют мои отношения. Почему Мария не вернулась на рейд?
- А! Ну, я вас просто не понял! - с облегчением воскликнул Баженов. Если так, могу повторить: между вами и Марией Сергеевной я никак не стою, включая даже отметки на паспортах и прочие формальности.
- Какая сила заставила ее остаться в Красноярске? И даже уехать на юг! Понимаю: ей противно было лететь вместе с вами. Но этим можно было и пренебречь. Ведь я так жду ее ответа...
Он спохватился, что говорит вслух совсем ненужные слова, ищет участия у этого все же крайне неприятного ему человека. Оборвал себя. Баженов выразительно повел плечами: "Что ж тут поделаешь? Характер!" Немного наклонился вперед.
- Позвольте, Николай Григорьевич, мне сказать еще несколько слов относительно моей матери.
- Но это уже необходимо для меня, - с настойчивостью проговорил Баженов. - Все это взаимосвязано. Рассказав вам одно, я не могу теперь не рассказать другого. Прошу выслушать. Как я узнал от моей мамы, здесь на рейде полагают все, что Мария Сергеевна ей приходится дочерью. Из этого, вы понимаете, еще никак не вытекает, что Мария Сергеевна была замужем. Все полагают так. Кроме вас, которому Мария Сергеевна сочла необходимым объявить истину. Не вхожу в рассуждения: хорошо это или плохо. По-видимому, считаться незамужней просто полезнее. Но мне сейчас хотелось бы лишь одного: сохранить, как говорят дипломаты, статус-кво, все так, как было до моего приезда сюда.
- Не делать из истины, пока известной только вам, базарных сплетен в поселке. Это, мне думается, даже и в ваших интересах. Пусть Мария Сергеевна по-прежнему остается дочерью моей мамы, а я - просто Баженовым.
- Для меня эта "истина" не имеет никакого значения, - резко сказал Цагеридзе.
