Николай ведет борьбу за ледяной клад на таёжной реке Читауте. В условиях сурового мороза и неведения о местонахождении сокровища, ему предстоит отвоевать добычу у стихии. Интрига заключается в том, удастся ли ему вдохновить людей на подвиг ради этого ледяного богатства.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Ледяной клад»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Николай ведет борьбу за ледяной клад на таёжной реке Читауте. В условиях сурового мороза и неведения о местонахождении сокровища, ему предстоит отвоевать добычу у стихии. Интрига заключается в том, удастся ли ему вдохновить людей на подвиг ради этого ледяного богатства.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Венедиктович Сартаков Легкое чтение Любовные романы подборки серии
Николай ведет борьбу за ледяной клад на таёжной реке Читауте. В условиях сурового мороза и неведения о местонахождении сокровища, ему предстоит отвоевать добычу у стихии. Интрига заключается в том, удастся ли ему вдохновить людей на подвиг ради этого ледяного богатства.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
До нас дошла - уже умаялась, обморозилась. А дальше что? Будет ждать оттепели? - Он распрямился, зевнул и только тут заметил валенки гостьи, которые сушились на табуретке по другую сторону печки. - Так и есть: пимишки - двадцать четвертый размер. - Махнул рукой. - Макся, ты ее на мою постель положил, я на топчане ежиться не стану - лягу на твою. А ты ступай на топчан.
И оба враз повернулись, услыхав позади себя шорох. Девушка стояла возле койки и надевала на себя полушубок, заправляя под мышки концы большого вязаного платка.
- Чшш! - зашипел на друга Максим. И - к девушке: - Фенечка, извиняемся. Мы, кажется, вас разбудили?
- Да ничего, не беспокойтесь. Я проснулась давно.
Она прошла мимо, сняла с табуретки свои валенки и не спеша, как следует обернула портянками ноги, обулась. Лицо у нее после сна или, может быть, оттого, что опалило его морозом, было малиново-красным, как пятна на чугунной печке.
- А это вот и есть тот Мишка - товарищ мой, - как само собой разумеющееся, сказал Максим и подтолкнул друга.
Михаил промычал что-то вроде: "Ну, да, это я самый". Но девушка никак не отозвалась на эти слова, продолжала спокойно одеваться, застегиваться, завязываться. Потом вернулась к постели, вынула из-под подушки небольшой сверток, сунула его себе за пазуху и пошла к двери, на ходу подтыкая получше платок.
Открылся черный просвет двери, и в него сразу туго ударила волна белого морозного воздуха, заслонив собой Феню. Максим кинулся за ней вслед. Но Михаил перехватил его.
- Дурак! - сказал он сострадательно. - Вы куда?.. Кто же об этом спрашивает! Может, по надобности. И он, как-то нарочито небрежно, вразвалочку и громко зевая, прошел к Максимовой койке, отогнул одеяло, сбросил полуботинки.
Максим сделал круг по избе, по пути втолкнул в печку крупное, суковатое полено и остановился у окна, заметанного толстым слоем узорчатого инея, вслушался.
- Нет, понимаешь... - настороженно сказал он, всей пятерней взъерошивая волосы. - Понимаешь, нет... Она ведь надела лыжи!.. Пошла!..
И действительно: стало слышно, как защелкали и запели лыжи на скрипучем снегу, огибая поляну перед домом в направлении Ингута.
- Это все ты! - заорал Максим. - Закупается ведь в наледи!
Михаил потянулся, зевнул еще громче.
- Ну и черт с ней! Если такая дура. С умом-то кто в воду полезет? А потом восемь километров до рейда в мокрых валенках переть. Да ее через пять минут морозом схватит.
- И схватит! Конечно, схватит, - Максим в волнении кружился по избе. Понимаешь, в сердцах разве соображает человек?
- Небось сообразит. Не сунется в воду, не думай! В обход на мост пойдет.
Ровное поскрипывание лыж на снегу становилось все отдаленнее, глуше, но в то же время прохватывало обоих парней, как визг гвоздя, когда им царапают по стеклу.
