В приемном зале академии царит напряженная тишина, словно гигантский альбوم с дымящимися страницами. Шествует впереди едва заметный силуэт - девочка в одежде из тонкой шерсти, преобладающая в серебристых тонах, родовые цвета которой — черные и золотистые.
Лешка со вздохом поднялся и зашагал за Ленайрой словно на казнь. Витька демонстративно его перекрестил.
— Мы тебя будем помнить, друг. Ты навечно останешься в наших сердцах. — Из-за чего тут же схлопотал подзатыльник от Аньки.
По коридору шли молча — Ленайра ни жестом, ни словом не намекнула чего ему ждать и Лешка совсем уже извелся. Воистину ожидание казни страшнее самой казни."
"Слуги послушно распахнули перед ними двери. Ленайра вошла первой, молча прошла мимо стола, за котором сидели вчерашние советники, поспешно поднявшиеся со своих мест, едва они вошли, при этом чуть задержалась, когда Лешка замешкался, не давая ему отстать.
— Итак, я полагаю, сейчас выслушать ваши претензии будет намного честнее. Обсуждать за спиной кого-либо мы не будем. Я готова слушать вас, господа.
Советники запереглядывались. Кажется, они не готовы были выступать вот так.
Все это время Ленайра доброжелательно улыбалась и кивала. Вот только Лешка, прекрасно знавший подругу, при виде такой улыбки, уже давно замолчал бы и извинялся, сам не зная из-за чего. А вот советники ее явно знали не очень хорошо. Впрочем. вспоминая рассказы и ее и ее деда, Лешка догадывался почему. Никто не рассматривал ее как наследницу и никто, соответственно, к ней не присматривался. И даже когда дед официально назначил именно ее наследником, все посчитали это временным явлением, как желание приструнить зарвавшегося старшего внука.
— Суть я поняла, — наконец заговорила она. — Претензии тоже. Что ж, полагаю, раз вам все понравилось, то я считаю будет правильным назначить консорта Рода официальным моими представлением на Совете…
— Э… — Да уж.
