Правда не служил ни дня, но как играет…
— Выродке? — Ленайра тоже умела играть этакую воздушную аристократку, которая понятия не имеет о существоваании ругательных слов, которые вызывают у нее глубокий обморок от шока.
Оба друг о друге знали достаточно, чтобы не поверить, но в игре аристократов внешне принято реагировать на слова.
— Простите, леди, мою прямоту. Я имел в виду моего непутевого сына.
— Непутевого? Ах, да. Ну что ж поделать, какое воспитание у него, такой и сын… хотя знаете, я читала, что еще и наследственность имеет значение… я только не поняла, что такое наследственность… — Самое главное глазками похлопать и убрать мысли из глаз. Блондинка — она и есть блондинка и от цвета волос это состояние не зависит.
Аленхандро поджал губы и очень недобро глянул на партнершу.
— Переигрываете, леди.
— У меня хороший учитель.
Снова злой взгляд. В ответ натянуть маску Ледяной Принцессы.
— Давайте поговорим серьезно, — сдался Алехандро. — Я бы хотел, чтобы вы сообщили о моем сыне мне, не ставя в известность имперские службы.
— Ваше высочество, это бдудет изменой с моей стороны.
— Было бы изменой, если бы я собирался использовтаь сына против императора. Но ты знаешь, насколько я уважаю племянника…
— О, да… — Ответ вышел уж очень многозначительным, особенно помня, как император отреагировал на известие о незаконном сыне своего дяди. Но, кажется, принц не знал о том, что Ленайра присутствовала при разговоре с императором, когда тому стало известно о его сыне. И беседу он строил исходя из того, что Ленайру просто поставили в известность, дав наказ отыскать. — А вы не подскажете, как так получилось… ну я имею в виду сына.
— О, леди, если хотите, я вам подробно расскажу… и даже покажу как появляются дети.
Глядя на улыбку Алехандро, Ленайра сообразила, почему он пользуется такой популярностью у женщин. Вот только ей почему-то захотелось хорошенько ему вмазать, чтоб губы в кровь и чтобы улыбаться так больно было. Алехандро видно что-то уловил в ответной улыбке партнерши и малость побледнел.
— Мы об этом поговорим еще, — отозвалась Ленайра. — Непременно вернемся к этому разговору.
Прозвучало, как угроза, но Ленайре было уже откровенно плевать. Прервав танец, она отошла чуть назад, резкий поклон, разворот и, печатая шаг, удалилась. Алехандро остался стоять бледный, крепко сжимая эфес парадной шпаги, аж пальцы побледнели. Музыка хоть и продолжала играть, но кто видел такой демонстративный уход, стали останавливаться, оглядываться. Подошел император.
— Дядя, — очень тихо проговорил он, хотя скрыть злость в голосе не сумел, — я думаю, вам лучше будет удалиться к себе в покои и дождаться меня там. Полагаю, нам стоит поговорить.
— Но…
— Хватит! Это приказ.
Алехандро резко развернулся и вышел.