Когда они вдвоем покидали поместье верхом на своих конях к ним пристроилась пятерка охранников, молча двинувшихся следом. Охранники ехали достаточно далеко, чтобы не навязывать свое общество, но достаточно близко, чтобы в случае чего прийти на помощь вовремя.
Благодаря широте центрального проспекта, центр которого оставался достаточно свободным для скачки они стремительно неслись по вечернему городу практически без задержек. Лешка заметил фонарщиков, которые с длинными палками, на концах которых горел огонек, переходили от одного маслянного фонаря к другому и поджигали мало в чашах. Иногда кто-то из них по приставной лестнице забирался наверх, проверяя уровень топливо и в случае необходимости подливал его из небольшой емкости, закрепленной на спине. Правда на такой скорости разглядел он это все мельком, подумав, что надо бы как-нибудь выбраться в город вечером и понаблюдать за работой этих фонарщиков. Он-то наивно полагал, что освещение магическое. Впрочем, магия, кажется, тоже была, иначе как объяснить слишком яркое пламя для масла. Возможно этот состав был создан местной алхимией.
Все это пронеслось у Лешки в голое и унеслось дальше, когда он заметил, что пока размышлял об этом Ленайра уже существенно его обогнала, а он сам скакал рядом с охранниками. Дав шпоры, он увеличил скорость и стал медленно догонять подругу, выбросив все посторонние мысли. Об освещении города можно будет и потом порассуждать.
За ворота города они выбрались уже вместе. Ленайра чуть сбросила скорость и огляделась.
— Ты уверена, что они выехали здесь?
— Это самая короткая дорога, а задерживаться в столице у Розна нет никакой необходимости. Тот чиновник явно хотел порыться в вещах и что-нибудь конфисковать в свою пользу, понимал ведь, что там что-то ценное точно вывозят.
— Ценное?
— Ну им позволено вывезти то, что помещается в телеге. Золото, рунное серебро и драгоценности конфисковываются в казну, а вот обычное серебро нет. Пусть они и стоит меньше золота, а много его не возьмешь, да и не хранит его никто в больших количествах. К тому же женщинам позволено увозить семейные драгоценности, семейные кольца — это все должно быть в особом реестре.
— И тот чиновник…
— Ну да. Возразить же они все равно ничего не могли бы. Пришлось отдать бы минимум половину, чтобы сохранить хоть что-то. Все бы не стал брать — скандал мог бы случиться.
— Вот сволочь!
— Угу. Только наше присутствие его остановило. Точнее мое. Узнал ведь, потому и права качать не стал. Так что покинуть город как можно скорее было и в интересах Розна. Впрочем, вряд ли тот чиновник поехал бы за ним, у него ведь и другие дела еще есть. Момент перед и сразу после чтения приговора для него единственный для конфискации. Видел.