Ленайра дернулась было, потом удивленно глянула на отца Лешки и не стала сопротивляться, дав себя увести в кабинет. Удивленно глянула, когда Юрий Петрович запер за собой дверь и кивнул ей в сторону небольшого диванчика у окна.
— Вы хотите поговорить о сыне и о том, что происходит у нас? — сделала предположила Ленайра, когда Юрий Петрович с задумчивым видом устроился в кресле напротив.
— Нет… точнее не про сына. Признаться, я боюсь за него, сама понимаешь, но… это его жизнь. Я мог бы ему запретить встречаться с тобой, сумел бы настоять… но это был бы уже не мой сын. Это было бы даже хуже смерти. Впрочем, ты меня все равно не поймешь пока не заведешь своих детей. Когда встанешь перед выбором оградить их от всех опасностей, превратив в этаких ходящих и говорящих овощей или отпустить в свободное плавание, каждый раз боясь, что вот-вот тебе сообщат об их смерти, тогда поймешь. — Юрий Петрович недолго помолчал. — Прости, я не должен был вываливать на тебя свои тревоги. Тебе и без того досталось.
— Вы говорили с Лешей?
— Со всеми. Я должен был разобраться в происходящем у вас, чтобы сделать хоть какие-то выводы по тем бумагам, что ты передала мне. Да и кое-какие заметки Дмитрия были без их пояснений непонятны.
— Так вы…
— Да. Я закончил предварительный анализ… ну насколько можно с таким ограниченным набором данных и знаний ваших реалий. Можно было бы еще посидеть, но когда я понял, что уже по несколько раз обдумываю одно и тоже, понял, что дальше тянуть смысла нет. Я бы отдал тебе все это раньше, но видел твое состояние и понимал. Что лучше тебе дать время прийти в себя. Сегодня я увидел прежнюю Снежану.
Ленайра медленно кивнула.
— Понимаю… спасибо.
— М-да… Юрий Петрович поднялся из кресла, подошел к столу и достал из верхнего ящика несколько не очень толстых папок. — Если тебе нужен был свежий взгляд постороннего человека, то вот тут я накидал все пришедшие мне в голову схемы отношений. Я такие делаю, когда готовлюсь к важным переговорам с клиентами. В общем, полагаю, разберешься. Большего я сделать не могу, дальше уже придется вам самим.
— Конечно, но к чему такая таинственность? — Ленайра покосилась на запертую дверь.
— Не хотел, чтобы Лешка сейчас влезал в эти дела. Конечно, позже ты ему все равно все расскажешь, но сейчас, поверь моему опыту, лучше просмотри все сама.
— Вы что-то обнаружили там? — Сообразила Ленайра. — Что-то, что, как вы уверены, мне сильно не понравится.
Юрий Петрович вздохнул.
— Пойми, я не знаю всей вашей кухни там, потому мои выводы могут быть не верны… — тут он нахмурился и замолчал. — Впрочем, что тут говорить. Я сейчас оставлю тебя здесь, можешь спокойно со всем ознакомиться, тебя не потревожат.