В утреннем молчании город Ломов встретил грозу. "Юнкерсы" налетели как по расписанию, оставляя за собой черное облако дыма и жестокий удар по цистернам горючего в железнодорожной станции. Вспыхнувший пожар быстро охватил северную часть города, создавая непреодолимую атмосферу ужаса и хаоса....
Полковник посмотрел в небо:
– А это что за самолеты?
Шли два «Ил-4». Рейтель знал, что их должно быть три, но один или сбили, или он вернулся из-за неисправности.
– Это советские «Ил-4»! – завизжал Грунов.
Краус для чего-то вытащил из кобуры «вальтер».
Бомбардировщики заходили на высоте не более трехсот метров.
В учебном центре их увидели слишком поздно. И – ничего не успели, даже с места сойти, как из бомбардировщиков точно на цель от дороги к КПП по ширине всего объекта посыпались пятидесятикилограммовые бомбы.
Вздрогнула земля. Вся территория учебного центра покрылась черными грибами разрывов, поднялось облако гари. В таком грохоте человеческих голосов слышно не было. Отбомбившись, бомбардировщики начали резкий набор высоты, уходя в направлении моря.
– Что это? – проговорил ошарашенный Краус. – Нас разбомбили?
Рейтель спокойно произнес:
– Да, господин майор. «Тайфуна» больше нет.
Рядом раздались выстрелы «ТТ».
– А это что? – полковник смотрел непонимающими глазами на офицера СС.
– «ТТ», пистолет.
Краус проговорил:
– Получается, вы спасли нам жизнь, герр оберштурмбаннфюрер? Хотя «ТТ», точное наведение «Ил-4»…
– Не ломайте голову, майор. Это вас уже не касается.
Рейтель выхватил из расстегнутой кобуры «вальтер» и дважды выстрелил в Крауса. Пуля мгновенно убила замешкавшегося начальника центра. Грунов все понял, рванул было в лес. Но налетел прямо на Сосновского. Капитан ударил его кулаком, сбил с ног, бросился вязать предателю руки:
– Отвоевался, мразь!
Подоспел Рейтель, глянул на Сосновского:
– Что за стрельбу ты открыл?
– Наряд с КПП попытался бежать.
Подошел Шелестов.
Рейтель кивнул ему:
– Посмотрим, что осталось от «Тайфуна»?
– Меня больше волнует Грунов. Он цел?
– Цел. Вон лежит у ног твоего капитана.
Командир группы, помрачнев, приказал:
– Миша тащи эту сволочь к машине.
– Есть, командир.
– И смотри, чтобы с его головы ни один волос не упал.
– Понял.
Рейтель с Шелестовым подошли к кустам.
Бывший учебный центр «Тайфун», детище Генриха Гиммлера, представлял собой жалкое зрелище. Разрушено было практически все. Не было ни одной казармы, ни палаточного лагеря, ни КПП, ни столовой, ни моста – одни только воронки. Даже от столбов с колючей проволокой и вышек остался один мусор.
– Отличная работа! К машинам!
Все кинулись по местам.
