В утреннем молчании город Ломов встретил грозу. "Юнкерсы" налетели как по расписанию, оставляя за собой черное облако дыма и жестокий удар по цистернам горючего в железнодорожной станции. Вспыхнувший пожар быстро охватил северную часть города, создавая непреодолимую атмосферу ужаса и хаоса....
Да здесь на целый день хватит.
– Никто не говорит, чтобы ты пил все. И заодно читай.
Старший майор пододвинул майору документы.
В кабинете наступила тишина. Было слышно, как в приемной возятся телефонисты.
Прочитав текст, Шелестов проговорил:
– И все же какое странное совпадение, Петр Анатольевич, сбежавшие предатели попадают в Ригу, куда откомандирован наш агент «Гудвин», более того, «Гудвина» назначают куратором диверсионного центра, начальником которого, пусть и формально, определяют Грунова. С ним и бывший ЗНШ, и начальник разведки.
Платов кивнул:
– Понимаю твое недоверие. Но иногда бывает и так!
– Слишком уж все легко, товарищ старший майор. Специальный учебный центр, созданный по инициативе не кого-нибудь, а рейхсфюрера Гиммлера, тысячу раз засекреченный, полностью открыт для какого-то оберштурмбаннфюрера, по-армейски подполковника.
– Случайность. Рейтеля-Ремезова отправили в Ригу за несколько месяцев до того, как было объявлено о центре.
Шелестов посмотрел на Платова:
– А не может Ремезов быть двойным агентом?
– Нет, это исключено.
– Почему?
– Потому, что в Риге, в том же штабе командующего войск СС в Прибалтике, у нас есть еще один агент. Должность у него так себе, всего лишь помощник группенфюрера Крюгера. Кроме того, не забывайте о «Гансе», а он заместитель Шелленберга. Мы узнали бы сразу из пяти источников, два из которых я тебе назвал, что Ремезов провален и завербован немцами.
Шелестов погладил щетину на подбородке, брился он вчера утром.
– Ну что ж, раз вы уверены в агенте, значит, это счастливая случайность. В конце концов, когда-то фортуна должна и к нам повернуться лицом. Вот она и повернулась.
Платов спросил:
– По описанию ты сможешь составить план-схему объекта?
– Если надо, составлю, но я не вижу в этом никакой необходимости.
