В Ледяной коконе смерти, мир кажется вы cuten by a thin layer of ice, где каждое движение подчинено тщательно скрепленному плану. Прораб Константин Черепахин в Белогорах разоблачает дьявольский замысел: строительство нависает над деревней как коварный удав, готовый схватить и задушить. Черепахин видит за кажущейся легкостью привлекательности масштабную угрозу жизни и бессмертия всего населения....
– Рабочие спрашивают, нужны ли вам оставшиеся кости? – робко поинтересовался он. – Стоит ли углубляться в ил дальше?
Денис молча взглянул на Агату, та покачала головой.
– Для ритуала изгнания темного мстителя черепа достаточно, – сказала она. – Но кости все же лучше достать для последующего захоронения. Не хотите же вы оставить их под фундаментом нового здания?
– Точно не хочу! – воскликнул прораб и поспешно ретировался.
– Череп заберем с собой, – сказала Агата. – Попробуем провести ритуал прямо в особняке.
– Не хочешь сделать это здесь? – спросил Денис.
– Мне нужно свериться с кое-какими записями, – пояснила юная ведьма, – чтобы не напортачить. А иначе получим еще больше проблем.
С этим Денис согласился. Он теперь хорошо знал, что значит ошибиться при проведении оккультного ритуала.
Строители, которые были рады поскорее избавиться от жуткой находки, быстро нашли пустую картонную коробку, и ребята положили череп в нее, предварительно завернув его в плотную ткань.
До особняка они добрались в считаные минуты. Ритуал решили провести в комнате Дениса, которую он защитил от возможного вторжения призрака охранными символами. Домоправительница Лариса снова куда-то запропастилась, но это было к лучшему. Не станет задавать лишних вопросов. Да и вообще Чернокнижец не был уверен, что она обрадуется, увидев стены комнаты, расписанные оккультными иероглифами.
Агата поставила коробку с черепом в стенной шкаф. Они свернули в трубку ковер и отодвинули его к стене, затем Денис принялся рисовать мелом на полу пентаграмму, а Агата сходила в свою комнату за сумкой. Пока он чертил символы, девушка вытряхнула прямо на пол пучки сушеных трав, связки подозрительных амулетов, огарки свечей и потрепанный ежедневник в черной обложке, а затем принялась листать его в поисках нужных заклинаний. Страницы ежедневника были сплошь исписаны мелким убористым почерком.
– На каком языке это написано? – заинтересовался Денис.
– На нем пишут и говорят на моей родине, – ответила Агата.
Чернокнижец озадаченно приподнял брови. Это был не английский, не французский, не немецкий. Он впервые в жизни видел подобные письмена.
Денис хотел задать новый вопрос, но в этот момент в дверь его комнаты громко постучали.
