В Ледяной коконе смерти, мир кажется вы cuten by a thin layer of ice, где каждое движение подчинено тщательно скрепленному плану. Прораб Константин Черепахин в Белогорах разоблачает дьявольский замысел: строительство нависает над деревней как коварный удав, готовый схватить и задушить. Черепахин видит за кажущейся легкостью привлекательности масштабную угрозу жизни и бессмертия всего населения....
Несмотря на пожелтевшую табличку с надписью «Закрыто», в магазине горел тусклый желтый свет. Чернокнижец осторожно толкнул дверь, и она с протяжным скрипом отворилась, а где-то над головой глухо звякнул колокольчик. Ступив через порог, Денис оказался в узком темном помещении, вдоль стен которого тянулись деревянные стеллажи. На полках сидели, стояли, лежали старинные фарфоровые куклы. Их фарфоровые лица, шелковые кружевные платья, пышные волосы также были покрыты пылью.
– Сюда! – послышалось откуда-то из недр магазина.
Денис пошел на голос и вскоре оказался в зале, освещенном большой старинной лампой в атласном абажуре с кистями. Под лампой стоял круглый стол, накрытый черной шелковой скатертью, а за столом восседал Ипполит Германович Бестужев. Его толстые пальцы, унизанные крупными дорогими перстнями, проворно тасовали колоду гадальных карт Таро, раскидывали карты то так, то эдак, потом быстро собирали их обратно и снова начинали тасовать.
Хлипкий венский стул натужно скрипел под весом Бестужева. Еще при первой встрече старик напомнил Денису жабу из мультфильма.
– А вот и ты, мой мальчик. – Ипполит Германович отсалютовал Денису одной из карт. – Я тут нашел старую колоду, некогда принадлежавшую прежней хозяйке магазина, и решил тряхнуть стариной.
– А теперь что, навык потеряли? – спросил Денис, стряхивая с пуховика налипший снег."
"– Навык не потерял, но все время ерунда какая-то выходит, – огорченно признался Ипполит Германович и снова принялся раскладывать карты. – Кстати, ты у нас не силен в гаданиях? – поинтересовался он между делом.
– Нет, – покачал головой Денис. – Мне это не дано.
– Очень жаль.
– И что же вам говорят карты?
– Странное дело… – пожал плечами Бестужев.
