Автор
В глубине души каждого зрителя есть уголок, где сидит Снежная Королева — жертва собственных желаний. Кто-то сам себя цепляет цепями, отсекая необдуманных поступков и исключений. Здесь картина жизни наклонена к тишине, где главный герой шутит о том, как жарится картофель в сковороде....
Слопав одним махом половину собственной порции, длинноволосый блондин выпил свою порцию кофе и, словно невзначай так, полюбопытствовал:
- И что это за каланча вокруг тебя ошивалась, Изик?
- Вениамин Александрович, а с какого северного полюса вас это интересует? – вежливо откликнулась, прекрасно зная, что любимый (местами) братец своё имя обожал точно так же, как я своё."
"- С того, Изабелла Александровна, что мы его знать не знаем, а он к тебе явно не ровно дышит. Так что это за кадр, как зовут, где работает и чего желает? – тем не мене, сбить Веню со следа не удавалось ещё никому.
И то, далеко не всегда.
- Нижайше прошу простить меня, Вениамин Александрович, - отпив ещё немного чаю, я выразительно пожала плечами, - но может мне ещё следовало у него паспорт попросить? Снять с него копию, заверить у нотариуса и потребовать медицинскую карту? Со всеми данными?
- А что, это мысль!
- Вот сам у него попросишь, если встретитесь, - хмыкнула, делая ещё один глоток.
- Уклоняетесь от ответа, Изабелла Александровна, - обиженно насупился Веня, уткнувшись носом в тарелку.
- Просто недоумеваю, с чего вас заинтересовала моя гипотетическая личная жизнь, Вениамин Александрович, только и всего, - снова слегка пожала плечами, пряча улыбку за чашкой.
- Позвольте с вами не согласиться, Изабелла Александровна! Ваша гипотетическая личная жизнь касается нас…
- Так, - сжатый кулак опустился на столешницу так, что звякнули чашки.
- Ну Димитрий Александрович, ну почему?!
- Мелочь! – Дим-Димыч недовольно фыркнул, допивая свой кофе. – Отставить разговоры в духе английской аристократии. Веня, марш собираться. Нам на работу скоро. Изи, с тебя ответ, что это за парень на парковке с таким оригинальным подходом в ухаживании. Вопросы есть? Вопросов нет. Исполнять!
- Козёл ты, Димыч, - буркнул обиженный в лучших чувствах Вениамин, покорно отправляясь одеваться.
Не вышло. Зато я удачно попала ему полотенцем по спине и показала язык, стараясь не расхохотаться от того, каким скорбным было выражение его лица. И только убедившись, что один брат скрылся в комнате, вернула своё внимание второму. С воистину христианским терпением ожидавшего моего ответа.
- Ты не отстанешь? – вздохнула, склонив голову набок и опёршись бедром о кухонный стол.
