–В этом случае Император просил передать, что будет вынужден забрать у вас все привилегии, данные ранее о суверенитете Чехии, а также ваш титул короля…
–Замолчи! – неожиданно вскрикнул король, отчего все присутствующие вздрогнули.
Уставшие карие глаза Пржемысла налились кровью от перенапряжения. Большая вена выступила на его мокром лбу, делая его кожу ещё более сморщенной. Альвиан ощутил на себе сдавленность, удушение. Сказанное посланником больно ударило по королю. Он старался сделать Чехию независимой, отдельной от других государств. Восстановил долгожданный порядок в стране, чтобы что? Чтобы это просто взяли и отняли из-за отказа участвовать в очередном провальном крестовом походе? От него Чехия понесёт больше убытков, чем прибыли. Сердце Отакара бешено стучало от ярости. Мари кивнула Альвиану, и тот сосредоточил свои силы на стабилизацию состояния короля, в особенности на слабом сердце.
Отакар почувствовал вмешательство высшего и грустно взглянул на него, вытирая лоб краем плаща. Он плюхнулся на трон и откинулся на его спинку. Грудь короля медленно вздымалась, но мысли всё равно менялись одна за другой, словно внутри его головы гулял ураган.
–Я думаю, мы можем позволить отправить небольшую армию, – вставил своё слово Константин.
–Под руководством кого? – поинтересовался расстроенный король, – Меня?
Отакар безразлично посмотрел на своего главнокомандующего. С Константином было бесполезно спорить в таких случаях. Он всё равно сделает по-своему, из-за чего уже был несколько раз посажен в темницу. Но жизнь его ничему не учит. И Отакар привык к этому, но он не мог отстранить такого прекрасного командира и стратега. Все его выходки кончались успехом, поэтому и сейчас Отакар мог доверить ему армию в крестовом походе.
–Тысяча. Не больше, – Отакар посмотрел на ожидающего мужчину, – Передай Фридриху, что они одержат победу только из-за моего вклада.
Посланник покорно кивнул головой и демонстративно вышел, оставляя после себя грязные следы. Отакар долго всматривался в коричневые сгустки, проговаривая монолог о схожести всего происходящего с этим отпечатком на полу. Альвиан не смог сдержать улыбку от столь критичных мыслей короля. Констанция подошла к Отакару и заботливо убрала прядь с его лба.
–Сделайте всё возможное, чтобы никто из этой тысячи и одного человека не пострадал, – Отакар Пржемысл смотрел сквозь высших, – Применяйте всю свою силу, но, чтобы они все вернулись обратно.
В тронном зале остался только король с Констанцией. Главнокомандующий чешской армией и двое высших шли по широким коридорам, размышляя над чем-то своим. Остановившись около главного входа, Константин обратился к Альвиану:
–Не вмешивайся в это всё, Альвиан.