Перед его голубыми глазами появилась, заметная только ей, пелена, которая сразу превращала высшего в неживую куклу. Грубые руки Альвиана слегка подёргивались. Мари положила свою ладонь на его и отрицательно покачала головой, останавливая его от ненужных и опрометчивых действий. Высший не мог оставить это просто так.
Рука Вацлава оказалась возле его лица. Он смотрел на неё, как на чужую. Ведь именно так она и ощущалась. В следующую секунду рука ударила по шелушившемуся лицу парня, оставив чёткий красный след. Не успел Вацлав прийти в себя, как удар уже пришёлся на его вторую щёку. И так продолжалось пока Отакар не произнёс:
Он не кричал, а спокойно приказал Альвиану успокоится. Высший послушно расслабился и прекратил издевательство над обиженным Вацлавом, который не стал ждать последствий и выбежал из покоев. Констанция сразу же побежала за ним.
–Простите, – извинился Альвиан больше не перед Отакаром, а перед Мари, которая не отпускала его руку, – Ненавижу, когда трогают невинных людей.
–Он будет успокаиваться ещё очень долго, – тяжело вздохнул Отакар, – Но он мой сын, несмотря ни на что, поэтому я сам буду решать, как его наказывать.
Альвиан послушно кивнул головой и виновато посмотрел на девушку, что сидела рядом. Она мило улыбнулась, но по глазам он прочёл, что такое наказание пришлось ей по душе.
Переговоры решили устроить ранним утром следующего дня. Владислав, как и все гости приходили в себя. Вацлав всю ночь разговаривал с матерью о несправедливости отца, который, по его мнению, стал очень холоден к нему. Но Констанция уверяла сына в обратном, ведь Отакар действительно хотел своим детям только лучшего. Политика погубила бы Вацлава быстрее, чем отравленный напиток.
Альвиан слышал все эти разговоры и скрытые мысли, которые не должны были достигнуть его. Данная особенность высших очень пригодилась высшему в этой ситуации. Он нарисовал в своей голове примерные портреты окружавших его людей. Но всё равно самым таинственным для него был портрет другой высшей, единственной во всём замке, кто спал этой ночью. Альвиан не слышал мыслей девушки, а значит она была для него самой большой загадкой. Но несмотря на это, он читал в её глазах намного больше, чем мог бы услышать в её голове. Нежность и любовь ко всему окружающему сияли в её голубых глазах, от которых высший не мог отвести взгляда. Возможно, она была права, когда сказала, что её преображение сделает их ещё ближе.
Высший очнулся от своих размышлений, когда к нему кто-то настойчиво стал стучать. От неожиданности рука мужчины потянулась к «железному лицу», что лежало недалеко от него. Но настойчивый гость не стал ждать ответа и ворвался в комнату без разрешения. Увидев Отакара, Альвиан спокойно вздохнул и вопросительно посмотрел на него.