И чем, как ни судьбой, можно назвать то, что именно они вдвоём достойны силы высших?
Переговоры с Аль-Камилем прошли в точности так, как рассказала Мари. Альвиан собирался в обратный путь, но его остановил император. Он окликнул его и стал важным медленным шагом подходить к высшему. Мужчина в железной маске терпеливо ждал. Что понадобилось Фридриху ещё?
–А ты неплох в дипломатии, – улыбался император, радуясь своей победе, – Давно ты научился ей?
–После всего, что произошло со мной, я пересмотрел свои взгляды на мир и теперь стараюсь решать конфликты мирным путём, – Альвиан понимал к чему клонил Фридрих.
–И теперь ты помогаешь своему бывшему врагу? Это смешно.
–Смешно потерять Императорскую власть, Фридрих. И смешно не уметь вести переговоры, держа несколько лет в своих руках власть.
Высший не понимал, почему он вдруг так разозлился на стоящего рядом потного мужчину. Но он уже не мог спокойно отвечать на его вопросы. То, что он увидел сегодня, доказало неумение Фридриха быть в таком положении. Папа Римский мог бы уже давно отправить своего неуёмного «сына» в отставку, да только император давил на жалость и оставался на своём.
–Я пришёл не ругаться, дорогой друг, – не убирал с лица мерзкую улыбку Фридрих II, – Я хочу попросить тебя об одной услуге.
–Нет, – отрезал высший и собирался уходить, но император схватил его за руку.
Альвиан сдерживал нарастающий ком злости внутри себя, но он не мог пообещать себе, что сможет продолжать. Слова Лолиты держали его в рамках. Он не мог после стольких мучений обречь себя на гнев этих истинных высших, силы которых неизвестны ему.
–Помоги мне вернуть титул Императора Священной Римской Империи, и я откажусь нападать на Чехию. Я-то думал, что ты поддержишь меня в свержении Отакара, но вижу, мы теперь на разных сторонах баррикады.
–Зачем тебе это, Фридрих? Ты и так добился чего хотел – вернул Священные Земли. Не глупи, в надежде, что тебе опять повезёт. Иначе потеряешь и то, что имеешь.
–Бедржих так бы не сказал.
Тело Альвиана вздрогнуло. Тут без сил высшего было не обойтись, но он так устал, что совершенно не мог её контролировать. Альвиан обругал себя. Что не медитировал и что не послушал Мари, когда она говорила об этом. И теперь нужно разбираться с этим глупым императором. А ведь всё так хорошо начиналось.
Мужчина смотрел на Лжебедржиха свысока, оценивая его замешательство. Бедржих, по его мнению, никогда бы не стал вести мирную политику. Когда он только сел на чешский трон, то сразу планировал вести войну против Франции. Он так хотел отломить от неё лакомый кусочек, чтобы позлить тогдашнего короля. А в сказки, что Бедржих неожиданно изменился после многолетнего плена, Фридрих не верил. Он вообще мало верил, что люди могут поменяться.