Телле казалось, что в каждом углу прячутся чудовища и кроется потусторонний свет. В изумрудном воздухе сверкали отблески мистики, как если бы феи собирались играть тут каждый раз, когда хозяйка выходит за дверь. Цветы в цветочных вазах раскрывали свои волшебные лепестки, создавая обволакивающую атмосферу эликсира жизни....
Еще несколько кричаще раскрашенных объявлений возвещали о наступлении Дня Элантины, но казались здесь такими же неуместными, как и сама Телла.
Телла с трудом подавила желание скрестить руки на груди, показав тем самым, как ей неуютно, когда проходила мимо ряда лавок, торгующих ядами:
«Снадобья Мандрагоры: лечим простуду и прочие хвори»
«Фаусто: приходите к нам за фенхелем, пижмой и наперстянкой!»
Траволечебница «Болиголов и боярышник»
Телла окончательно уверилась, что попала не в тот район. Все вокруг выглядело – и пахло – как в скандально известном квартале Пряностей, в который заглядывали те, кто хотел нанять убийцу, разжиться растворяющимися без следа ядами или внутренними органами.
– Едва ли такой хорошенькой девушке следует находиться на этих улицах одной, даже в дневное время.
Телла нервно шарахнулась в сторону, хотя обратившаяся к ней женщина выглядела слишком старой и едва ли способной причинить какой-либо вред. Это старуха была, по меньшей мере, в пять раз старше Теллы, с испачканными чернилами морщинистыми руками и отливающими сединой волосами, свисающими чуть не до самой земли. Она тщательно сметала грязь и копоть с крыльца, над которым имелась вывеска «Их разыскивает Элантина».
Телла резко втянула носом воздух.
Строго говоря, раньше Телла не могла с уверенностью сказать, было ли это действительно существующее заведение или просто адрес, который люди использовали для пересылки незаконных запросов и писем. Теперь она утвердилась в его реальности. Она видела развешанные по всему кварталу объявления о розыске преступников, которые, похоже, распространяли как раз отсюда.
"Телла подошла ближе, чтобы заглянуть внутрь, и увидела пергаментные плакаты с черно-белыми изображениями преступников весьма колоритного вида. Они казались одновременно манящими и тревожащими, и Телла задалась вопросом, не были ли эти портреты заколдованы, потому что они так и звали подняться по ступенькам и войти внутрь, чтобы взглянуть поближе, точно так же, как Колода Судьбы ее матери много лет назад искушала поиграть в карты.
