Зимний лагерь Первого Парфянского легиона в провинции Сирия, девятьсот девяносто второй год от начала Рима. Утро прохладным зимним утром когда только-только появившееся над скалами солнце окрашивает мир в нежные розовые тона. Лагерь был структурирован по стандарту: прямоугольник стен, четыре ворота и сторожевые башни....
"
"Примерно за месяц до того, как Коршунов прибыл в Тир, Фульминат бился один против троих на празднике Квинкватрий[36] — и победил. Даже не получил серьезных ран, хотя победа далась ему нелегко.
Что было дальше — известно.
Алексей не особенно много общался с выздоравливающим, но с Красным Фульминат определенно подружился. Ну и славно. Если всё сложится, будет у Коршунова два личных телохранителя. Причем второй — именно такой, о котором говорил Черепанов. Из тех, что убивают быстрее убийц.
Глава десятая
Элия Капитолина.
До Иерусалима добирались двое суток. Дорога была довольно приличная, вот только практически безлюдная. Время от времени разведчики замечали людей. В отдалении. Или на высоте. Люди эти доверия не внушали. Подозрения подтвердил и проводник.
— Нехорошие люди, — сказал он. — Преступники.
Впрочем встречались и окультуренные участки: виноградники, оливковые рощи… Однако и там никто не спешил к легионерам с дружескими объятиями.
— Римлян здесь не любят, — пояснил проводник.
Хотелось бы знать, где любят завоевателей?
Один раз переночевали в мансионе[37]. Комфорта никакого, зато для воинов Рима — всё бесплатно. И стены качественные.
Во второй раз пришлось встать лагерем в открытом поле. Вернее, в закрытой долине. Славной такой долине, с ручейком, виноградниками и цветущими садами. Местность здесь была довольно холмистой, и, узрев эти холмы, проводник сообщил: Иерусалим уже близко.
Владел долиной какой-то местный. Он прислал дров — чтоб не рубили его деревья.
Коршунов инициативу одобрил и «обследование территории» запретил.
На ночь на окрестных холмах выставили караулы. Под утро те взяли «лазутчиков»: маленького пастушонка и стайку коз с козлятами.
Пастушонка и коз отпустили, а козлят пустили под нож раньше, чем Коршунов успел вмешаться.
Может и к лучшему, вареный в молоке козленок — отменная штука.
Подступы к Иерусалиму «охраняли» холмы. Не очень высокие — метров по 600–700, но впечатляющие.
Городок был небольшой, но даже издали видно — римский до мозга костей.
