В шатре на Северном Кавказе под холодным ноябрьским небом кипела атмосфера заговора и риска. Подполковник ФСБ Николай Гришин чувствовал себя неуверенно, будто он один из волков, зная дорогу к стаду. Раннее утро с его ледяной прохладой и теплочайкой внутри машины создавали неприветливую атмосферу замеса....
И крайний дом, несмотря на приветливый вид, показался Марине такой же неприступной крепостью, как и остальные. И хозяин, которого она сумела разглядеть через решетчатые ворота, выглядел хмурым, недовольным.
Конечно, недовольным, с чего радоваться ему, греку, опустившему шланг, из которого он поливал клумбу с многолетниками? Кому понравится грубое вторжение?
Калитка оказалась закрыта лишь на щеколду, и беглянка уже летела навстречу человеку с суровым лицом. Она подсознательно крикнула ему по-русски: «Помогите!» Потом автоматически перешла на греческий:
– Помогите!
12
– Попалась, падла! – выругался Корней, «мастер дороги», игнорируя обязательные на серпантине предупреждающие гудки.
– Берите ее, – отдал он распоряжение товарищам. – Если грек начнет выступать, набейте ему морду.
Его команда дружно оставила салон немецкой машины и, как будто на правах званых гостей, так же согласованно, вальяжно и нарочито враскачку прошла во двор.
Маринка стояла за спиной хозяина, словно нашла в нем защиту, и дрожала всем телом. Наконец поняла: настало то время, когда сама она не двинется с места. Погонят ли ее к машине пинками или понесут, бесчувственную, уже не имело принципиального значения. Финишной лентой казался исходящий прохладной водой шланг, который она перешагнула…
– Не отдавайте меня, – вдруг прошептала девочка. Этот человек стал для нее последней надеждой, такой же непрочной, как и засов на калитке его дома.
Она видела спину, обтянутую клетчатой рубашкой, темнеющей мокрыми пятнами. Аромат цветов, смешавшись с запахом пота, мог дать об этом человеке некоторое представление, хотя бы, в частности, его увлечение цветами, сочетающееся с кропотливым трудом и приносящее, однако, удовлетворение."
"Садовод мог уберечь свои цветы, но вряд ли окажет помощь беззащитной девочке. И вообще, кто здесь способен на такой поступок? Никто не захочет связываться с братвой, осквернившей земли богов.
Маринка даже не осознала, что хозяин ответил на ее родном языке, по-русски, чисто и без акцента…
– Не отдавайте меня, – повторила девочка, продолжая дрожать. И неожиданно поняла, что тройка подонков, сокращающих дистанцию, из-за плеча хозяина выглядит не так уж и страшно.
Они остановились в нескольких шагах.
