Автор
Легкие отношения − это острый взгляд на быстрые и ненадежные связи. Когда жизнь повсюду и все вокруг кажется временным, одночасные встречи кажутся идеальным выбором. Но когда ты с Морганом Стайлзом летишь в Америку, чувствуешь глубокое расставание от того места, где ты почувствовала себя настоящей собой. И тогда понимаешь, что легкость исчезает, оставляя лишь обрывы памяти и тоску, когда шасси самолета касается земли в Чикаго....
Пока я тряслась, Морган подхватил меня на руки и уложил на шкуру, расстеленную перед камином. Затуманенным взглядом из-под полуопущенных ресниц я смотрела, как он скидывает пиджак, стягивает галстук, расстегивает рубашку. Он избавлялся от своей одежды с таким изяществом, как будто был создан носить костюмы и демонстрировать процесс их снятия.
Краем сознания я понимала, что Морган натягивает презерватив не для того, чтобы стоять на коленях между моих раздвинутых ног и просто смотреть, как я возвращаюсь в реальность.
Морган склонился ко мне и нежно поцеловал, прикусив мою нижнюю губу. Я с трудом подняла ноги и устроила их на его бедрах. Он вошел в меня кончиком, и я напряглась. Я была настолько чувствительна в тот момент, что, казалось, могла почувствовать каждую вену даже через презерватив. Смешно? Тогда мне так не казалось.
Морган приподнял мои ноги чуть выше, поддерживая за бедра. Его черные глаза впивались в мои, вырывая на поверхность все чувства, которые я прятала в себе из страха быть непонятой. Казалось, что он видит меня насквозь, со всеми моими грязными фантазиями.
— Ты расскажешь мне все, Мо, — прошептал он. — Но потом. Я об одном прошу тебя: никогда не сдерживайся со мной. Кивни, если поняла.
Я медленно кивнула и громко вскрикнула, когда Морган резко вошел в меня на всю длину.
— Больно? — спросил он, выискивая ответ на свой вопрос в моем взгляде."
"Я качнула головой, даже не боясь вызвать его гнев от того, что ответила без слов. Но мужчину, похоже, это не беспокоило. Потому что он начал ритмично и жестко вколачиваться в меня, облокотившись на локти возле моей головы. Он бормотал мне на ухо о том, как хорошо находиться внутри меня, насколько я идеальная и сладкая. Я плохо понимала и воспринимала эти слова, потому что чувство наполненности им, чувство острой потребности снова возвыситься начисто сдувало все мысли из моей головы и лишало способности говорить.
— Моника, детка, я близко, — задыхаясь, прошептал Морган. Мне не нужно было рассказывать ему, что я тоже на краю.
