Автор
Мартовская Москва словно затянулась густым туманом. Лена Полянская двигалась по узкому переулку с коляской на руках, каждый шаг ее казался молниеносным скачком через ледяную жижу и вязкую грязь. Вдали гудели машины, клубящаяся коричневая пыль словно бы заставляла усилить бдительность глаз. Лиза то и дело толкала коляску, желая сама насладиться прогулкой по городу....
Например, на вопрос Сичкина «Как вы провели вечер накануне убийства?» она красиво повела плечами и, выпятив пухлую нижнюю губку, сообщила:
– Вы хотите знать, чем мы занимались? Любовью! Я могу рассказать подробности, если это поможет следствию.
Даже голосом она пыталась подражать секс-символу Америки, и все ее мысли были заняты исключительно этим: похоже у нее получится или нет?
Миша, повидавший многое на своем оперском веку и отвыкший удивляться, все-таки слегка недоумевал, почему девушка ну ни капельки не реагирует на столь внезапную и трагическую смерть своего любовника в своей квартире, почему ей совсем даже неинтересно, кто застрелил Азарова, и вообще все по фигу, кроме того впечатления, которое ее ослепительная красота производит на окружающих.
– У кого, кроме вас и Азарова, были ключи от вашей квартиры? – устало спрашивал Миша.
– Ключи от квартиры фотомодели – это серьезней, чем ключи от квартиры, где деньги лежат, – низким грудным голосом произнесла Вероника и зелеными глазами с поволокой уставилась на опера, ожидая, какое впечатление произведет ее тонкая шутка.
– Вероника Ивановна, давайте попробуем припомнить, у кого могли быть ключи. Вполне вероятно, что они оказались у убийцы. – Миша тяжело вздохнул и закурил.
– Но ведь он уже убил Юрку, какая теперь разница? – Свидетельница медленно помахала ресницами.
После беседы с фотомоделью Миша Сичкин взмок, будто вагоны разгружал на сорокаградусной жаре.
Она явилась с получасовым опозданием. На ней были алые кожаные плавки, черные ажурные колготки и черная газовая, совершенно прозрачная блузка, надетая на голое тело, к тому же расстегнутая до пупка. Предупредив ее официально об ответственности за дачу ложных показаний и дав подписать соответствующий документ, Миша начал все сначала:
– Как вы провели день и вечер накануне убийства?
– Ну я же говорила, мы трахались, – недоуменно подняла тонкие брови Вероника, – я же вам все рассказала.
– Хорошо, вечером вы занимались любовью с убитым, это мы выяснили.
– Подождите! – Красотка протестующе подняла руку с длиннющими алыми коготками. – Как можно заниматься любовью с убитым? Это ведь некрофилия! Вы что-то путаете, господин следователь.
