"Елена Синякова
Хан
1 глава
Мне нужно было сделать этот шаг…
Всего один.
Вздохнуть поглубже, отбросить панику и безысходность…ведь я приняла решение.
Иного пути не было. Я не смогу заработать столько денег, даже если клиенты будут расплачиваться за каждое съеденное блюдо в кафе, не бить посуду и не плевать на осколки….
Никто не будет жалеть, и пытаться мне помочь.
Со смертью родителей у меня больше не было крыльев, в которые я могла спрятаться от этого мира и просто поплакать.
Кому нужны мои слезы и страхи, если они не стоят и гроша?…
Всего две недели осталось до трагедии. До часа Х, когда мне нужно будет принести Хану оплату за аренду его кафе и проценты за просрочку прошлого платежа…лучше пусть они берут меня, лишь бы не тронули бабушку, Джеки и Ники.
Просто смирись, Аля. Просто иди…
Я еще раз оглядела здание в три этажа с верандой на крыше, даже отделка которого стоила больше, чем все дома вместе взятые в нашем квартале.
Даже это здание было, как сам Хан — черное, золотое, строгое и бездушное…его штаб-квартира. Его клуб. Место, где творились жуткие вещи, о которых бы я лучше никогда не слышала.
И я…мелкая девчонка в своем заношенном черном платье чуть выше колена. Черные балетки.
«…как школьница»: сказал он тогда, рассматривая меня своими черными, как ночь глазами.
«Ты словно сахарная вата, которая растает сразу же, как только к ней прикоснешься…»
Одернув подол и разглаживая выдуманные складки, которых не было, я снова топталась на месте, заставляя себя идти на встречу судьбе, которая раздавит меня окончательно.
Разбитые стекла в кафе, и постоянные унижения лишь потому, что моя кожа была белой, были сущим пустяком по сравнению с тем, что случится дальше….но главное, чтобы бабушка была жива. И девочек никто не тронул. Лишь бы не забыть сказать об этом Хану, когда я встану перед ним.
Гордо и спокойно, даже если в тот момент буду умирать в душе.
— Долго еще стоять тут будешь?
Я вздрогнула, когда дверь распахнулась, и на пороге появился огромный темнокожий мужчина, сверля меня своими карими глазами и скрестив руки на груди. Вся его фигура выражала собой презрение и недовольство.
Белая ворона….я была словно бельмо в глазу этих людей.
