"Артем Мичурин
Ренегат
Глава 1
…Кровь. Багровая, липкая, на стынущей бархатной коже. Вытекает из ее тела на бетонный пол, смешивается с занесенной подошвами грязью… Кругом грязь. Жирная. Набухает, разрастается, перекатываясь осклизлыми комьями, заполняет собой все. Пол, стены, город, весь мир тонет в вязкой мерзости. И только кристально чистые серо-голубые глаза печально взирают посреди этого кипящего моря грязи, но они тоже скоро будут поглощены.
– Ты опоздал…
Стас поежился, плотнее кутаясь в служащую одновременно и подстилкой и одеялом шинель.
Небольшая канавка, давшая укрытие на ровной, хорошо просматриваемой заокской пустоши, к утру ощутимо промерзла, и теперь даже сквозь толстый войлок со всех сторон пробирало холодом. Между редкими деревцами гулял ветер, шурша коричневой листвой и трепля длинные сухие лохмы травы, иногда вырывая их из земли и унося в неизвестном направлении.
Стас открыл глаза и, вытянув из-под шинели левую руку, одернул манжет – семь сорок.
Нужно подниматься. Пять часов тревожного сна, дважды нарушенного раздававшимися поблизости странными шипящими звуками, особого эффекта не возымели. Глаза слипались, озябшее тело вяло реагировало на приказы мозга, всячески противясь изменению положения с горизонтального на вертикальное. Он с силой потер ладонями лицо, крепко зажмурился, поморгал, пытаясь расклеить тяжеленные веки, и, откинув верхнюю половину шинели, сел.
Как много удалось пройти со вчерашней переправы, Стас не знал.
Знал он только, что шагал долго, пока ноги не начали заплетаться. Шагал, как казалось, по прямой, от реки на восток, но, бредя в кромешной темноте безлунной ночи, трудно быть уверенным в точности следования выбранному маршруту.
Стас глянул на розовеющий полукруг восходящего светила и повернулся в противоположную сторону – западного берега Оки с прожекторами муромских сторожевых башен видно не было – это хорошо. Впрочем, и ни одного сколько-нибудь надежного ориентира вокруг также не наблюдалось, что было уже совсем не замечательно.
Карта отсутствовала, а сориентироваться на незнакомой территории по солнцу… Он вздохнул и, гоня подальше дурные мысли, полез в рюкзак.
Оставшиеся с ужина копченая рыба и картошка за ночь совершенно утратили товарный вид, слежавшись, придавленные коробками семерок, превратились в малоаппетитный на вид комок из мяса, костей и крахмала. Но эстетический аспект Стаса сейчас мало волновал.
