И будем закругляться, – Катрин подняла ящик картотеки, поставила «на попа», села за спиной у допрашиваемого, вынула свою пилочку.
– Имья, призвище, рик народження, – неохотно начал по очередному, уже двадцатому кругу Марчук.
– Кныш, я ж казав. Рик народження не знаю, я сирота…
Вопросы, пустые ответы, в паузах едва слышный скрип дамской пилочки. Звук чуждый, нелепый, раздражающий. Нервирующий до полного изумления. Как выдерживал капитан, понять трудно, у Женьки челюсти сводило, а лейтенант Спирин, кажется, очень хотел в коридор выйти.
– …Яке у вас було завдання?
– Яке завдання? Я ж кажу, ми на нимцив шли, окупантив бити. Випадково сюди вийшли…
– Славно тебя баба подставила. И как ты, дурилка, ей поверил? – нагнувшись, прошептала Катрин в ухо допрашиваемому.
Улыбалась она столь отвратительно, что вообще смотреть невозможно. Кныш не выдержал – попробовал ударить лбом в красивое лицо. Катрин, несомненно, этого ждала – встречное, снизу вверх, движение плеча – бандеровца подбросило, на ногах он не устоял. Рухнул, отлетел табурет и кружка с недопитым чаем. Плюясь кровью и матерясь, Кныш елозил по полу, пытался достать мучительницу сапогом и орал. О суках и «видьме», о нимце клятом, о шибеницях для москалив и воле народу, про те, що за все розплата прийде…
– …Нет, разрешить не могу. Людей в прикрытие практически нет, распылять силы бессмысленно, – Марчук на старшего сержанта не смотрел, перекладывал листы недописанного протокола. – Вернется майор, он примет решение.
– Да когда он вернется? – Катрин оправляла ремень с кобурой, на капитана тоже не смотрела. – А время поджимает. Пока эта Лозанка уверена, что ночью группа вышла из города. Но слухи пойдут, беготню со стрельбой обыватели наблюдали. Уйдет от нас девушка.
– Послушайте, Мезина, при чем здесь вообще эта женщина? Кныш здесь дома, он местный, естественно, у него есть связи, родственные и сердечные привязанности. Кричал в истерике бессвязно, а вы ухватились…
– В общем-то, конечно. Маловероятно, что с этой Лозанки какой-то профит выйдет. Но нужно же что-то делать. Раз имя всплыло, проверим для порядка…
Марчук помолчал и неохотно согласился:
– Добре, сейчас съездим.
– Да вам-то, товарищ капитан, зачем ехать? – удивилась Катрин. – Это же для проформы. Тут добираться десять минут, а если вдруг барышню найдем, привезем сюда, побеседуем под протокол, как положено, очную ставку устроим. Хотя вряд ли. Сбежала наверняка потаскушка. А гада Визе нужно здесь искать, сюда все следы ведут.