Автор
Ночь погружала улицу во мрак, когда дверь с грохотом захлопнулась прямо перед моим носом. Я еле успела отшатнуться, вырываясь из ее жестокой хватки. Раздавались шорохи и голоса, прерываемые ругательствами, явно недовольными мной. Всё это казалось неуместным в окружении тихих проулков — до чего же мне повезло оказаться на месте такого скандала....
— Только экзаменов больше.
Взгляд мазнул по горбатому мостику, на перилах которого не было свободного места от замков. Их навешивали влюбленные, и, если вглядеться в воду, иногда можно увидеть выброшенные ключи. Хотя лично я не представляю, откуда в центре столицы влюбленные, здесь же приняты договорные браки!
— Кстати, об экзаменах, — болтала тем временем моя спутница. — На следующей неделе я подаю документы в Академию Моды.
Значит, я тоже.
Ну… не могу сказать, что в восторге от идеи, но, определенно, могло быть и хуже.
— Родители отреагировали нормально?
Что-то ее личико вдруг стало очаровательно невинным, и эта ангельская улыбка…
— Скажу им, когда сдам экзамены, — призналась Шантия.
— Не самый удачный план. — Мне вечно выпадала роль голоса разума, к которому никто не прислушивается.
Ничего не поменялось и в этот раз.
— Я уже все решила! — запальчиво заявила моя госпожа. А в следующую секунду с сомнением всмотрелась в меня: — Лэли, ты же меня не предашь?
По такой мелочи? Точно нет.
— Лучше думай о том, как тебе потом от отца влетит.
— Знаешь же, он мне все всегда прощает!
Это было чистой правдой, кстати. Даже когда его обожаемая дочь выкидывала нечто такое, за что ее убить было мало.
К концу разговора мы как раз подошли к воротам. Нажать на звонок не успели, к нам выбежал дворецкий, распахнул калитку и забрал у обеих сумки с книгами, а в холле еще и пиджаки от школьной формы. На улице было жарко, но в школе строгие правила.
Одна из горничных возникла рядом, держа в руках поднос, на котором стояли два стакана, наполненных водой со льдом.
— Девушки, прошу пройти в большой каминный зал, — отдышавшись, сообщил дворецкий. — Там вас ожидают родители.
Шантия недовольно передернула плечами под рубашкой с эмблемой частной школы, где мы учились, и улыбнулась пожилому мужчине с кучеряшками вокруг обширной лысины.
— Хорошо, Нескинс.
И потащила меня за руку в указанном направлении.
Хотя лучше бы сейчас принять душ и переодеться.
— Мам! Пап!
Дочь по очереди поцеловала в щеки родителей — респектабельного, но уже немолодого и в последние годы полнеющего мужчину в сшитом на заказ личным портным костюме и старомодном шейном платке вместо галстука, и худую, вечно недовольную женщину со стильной укладкой. Прическа и стройность, ради которой леди Саммер прикладывала титанические усилия, только подчеркивали брезгливо-недовольное выражение лица и появившиеся уже морщинки на оном.
