Автор
В зале сияет мягкий мрамор, где сквозь тонкие занавески падают рассветные лучи. Стол из серебряного дерева стоит посреди простора, а старинный фолиант на нем словно притягивает взгляды гостей — ведь сюда приходит лишь единица за целый день. Окружив меня Микки и Рикки, они сообщают о появлении незваного посетителя, вызвавшего только изящный стук колокольчика....
Насмотреться друг на друга не могут. Тьфу! Лучше бы ругались, и то интереснее было бы.
Я повернула голову в сторону второго пажа. Рикки вытащил из-за пазухи стопку листов и протянул мне:
— Госпожа Ри, вот проект брачного договора.
Я кивнула в ответ и начала читать:
— Так. Договор между… Сторона, именуемая «жених»… Имя, фамилия, дата рождения, место рождения, должность… Сторона, именуемая «невеста»… Согласно Дару, выраженному в устной форме… Так, тут вопросов никаких. Далее. … любить, ценить, уважать… Рикки, а это что?
— Раздел «Права и обязанности сторон».
— Я вижу. А вот ЭТО что?! — я подчеркнула ногтём один из пунктов, тут же выделившийся более жирными чернилами.
Паж вытер рукавом моментально проступившую на лбу испарину и прочёл вслух:
— Сторона, именуемая после подписания брачного договора «муж», обязуется каждое утро воскресенья приносить стороне, именуемой «жена» свежеиспечённые пряники с молоком непосредственно в постель…
Слева заржал Микки.
— Я подумал, ну, это мило… И проявление внимания и заботы…
— Я б им другое вписал… Чтобы каждое утро у них начиналось с… — вытирая слёзы не унимался Микки.
Рикки окончательно стал пунцовым до самых кончиков ушей.
— А ну прекратить! Только твоих скабрезных шуточек мне сейчас не хватало! — я сжала ноющие виски обеими руками. (Похоже, что этот день никогда не закончится), — Микки, ещё одна подобная выходка и ты у меня на месяц лишишься выходных и сладкого! А чтобы не шлялся без дела, будешь полы драить трижды в день, во всём доме.
Рыжий насупился и отошёл обратно к двери, бормоча под нос:
— Сами вы пошлые, я цветы имел ввиду. Свежесрезанные. Девочки такое любят…
Я медленно выдохнула, гася зарождающийся гнев. Нельзя давать эмоциям так сильно проявляться, нельзя. Чревато. Прислушалась к себе. Вроде тихо. Повернувшись к Рикки, я вернула ему черновики:
— Прости, я не хотела тебя обидеть.
На последнем предложении я специально повысила голос, чтобы Микки даже не вздумал потом заявить, что не слышал.
Рикки встрепенулся, забирая протянутые мной листки:
— Госпожа Ри, оформлять?
— Оформляй.
