Ростислав Туров завершил дело на Гусь-Налимске и спешит домой к семье, но неожиданный приказ службы отправляет его в столицу. Загадочный вызов в империю станет началом опасного пути, полного неизвестности и испытаний. Сможет ли лейтенант разгадать тайну своего призыва и вернуться к близким?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Лейтенант империи. Часть первая»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Ростислав Туров завершил дело на Гусь-Налимске и спешит домой к семье, но неожиданный приказ службы отправляет его в столицу. Загадочный вызов в империю станет началом опасного пути, полного неизвестности и испытаний. Сможет ли лейтенант разгадать тайну своего призыва и вернуться к близким?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Ростислав Туров завершил дело на Гусь-Налимске и спешит домой к семье, но неожиданный приказ службы отправляет его в столицу. Загадочный вызов в империю станет началом опасного пути, полного неизвестности и испытаний. Сможет ли лейтенант разгадать тайну своего призыва и вернуться к близким?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Лейтенант империи. Часть первая» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"— Ростислав Драгомирович, я уже говорил, что вы продолжаете меня удивлять? — спросил Разумовский и, дождавшись моего кивка, добавил: — вы только что сделали это снова, и так оглушительно, что, уверен, больше меня уже ничем не удивить.
— Нуу, — протянул я, посмотрев на свои руки, и все тут же прикипели ко мне взглядами, — мы в катакомбах нашли труп ещё одного гвардейца. Премьер-майора. И ему лет шесть, не меньше.
Глава 22
Тишина звенела.
Никогда не думал, что так бывает. Считал, что это просто присказка. А тут вон как получилось. Звенела, даже ушам больно.
Признаюсь, мне захотелось блеснуть перед Разумовским. Удивить, так сказать. Потому и ляпнул, не подумав.
Осознание, что это было лишним, пришло мгновенно — стоило великому князю нахмуриться.
С одной стороны, он сам дал разрешение говорить, значит, доверяет всем, кто здесь собрался. С другой, это касалось проверки гвардии, плана покушения на императора. Я же рассказал, что нашёл труп в катакомбах дворца. И не простого, а штаб-офицера….
Это я связываю два этих события в одно. А Михаил Владимирович может думать по-иному. Для него это могут быть два совершенно разных дела.
Вдруг он сейчас скажет, что сам же его туда и положил, а потом забыл. И теперь, всем нам придётся хранить молчание. Вечное.
По телу пробежал холод, а лицо защипало. Меня, словно в прорубь окунули. Навалилась просто вселенская тоска. Захотелось накрыться одеялом с головой и вжаться в кресло.
Мысли заметались в поисках решения проблемы. Исправить ситуацию уже нельзя — слово не воробей, но как-то сгладить….
Блин. Когда я уже начну думать, прежде чем говорить?
Хотя, это и так понятно — потом. Главное чтобы это потом было. А сейчас, что делать? Действовать на опережение? А что я могу? Только самому застрелиться?
— Где? — тихо спросил великий князь, когда молчание стало уже невыносимым, а моя рука вовсю шарила на бедре, только ни кобуры, ни пистолета там не оказалось. — Где именно нашли?
Хотел ответить, но не смог вынырнуть из омута мыслей. Голова стала тяжёлой. В неё напихали мокрой ваты. А тело словно жило само и отказывалось подчиняться.
— Ростислав Драгомирович. Ростислав. Туров!
Хотел сказать, что слышу, но это была лишь мысль. Разомкнуть губы не получалось.
Вдруг на плечо упала тяжесть, и меня развернуло к Меньшову.
Зазвенело в ушах. Из глаз посыпались искры. Голова дёрнулась в сторону. Затем в другую.
— Лучше? — Меньшов убрал руку с моего плеча и потряс другой, которой отвесил мне пощечины, а у меня, словно мозги на место встали. Ощущение безнадёги исчезло. Улетучились дурацкие мысли и желания.
— Да, — я кивнул с неимоверным наслаждением от власти над собственным телом. — Благодарю.
— Обращайся, — хмыкнул Валентин Севович, и сел в кресле ровно.
