Ростислав завершил опасную миссию в столице, разгромив сеть ордена Двуликого. Он завел влиятельных союзников и собственный торговый корабль. Но путь домой может оказаться не менее сложным, чем сама миссия. Героя ждут новые испытания и неожиданные препятствия на пути к свободе.
Раздел Chitat.online для книги «Лейтенант империи. Часть вторая» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Ростислав завершил опасную миссию в столице, разгромив сеть ордена Двуликого. Он завел влиятельных союзников и собственный торговый корабль. Но путь домой может оказаться не менее сложным, чем сама миссия. Героя ждут новые испытания и неожиданные препятствия на пути к свободе.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Ростислав завершил опасную миссию в столице, разгромив сеть ордена Двуликого. Он завел влиятельных союзников и собственный торговый корабль. Но путь домой может оказаться не менее сложным, чем сама миссия. Героя ждут новые испытания и неожиданные препятствия на пути к свободе.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Задерживался на включённом мониторе, но не мог там различить ни строчки. Голод загнал сосредоточенность и концентрация куда-то в угол сознания, и я не мог думать о работе.
Провиант подвезли через двадцать минут. Дежурный на посту с вожделением принюхался к ароматам, когда я шёл мимо, и проводил меня завистливым взглядом. Я же не стал с ним делиться. Две дольки картошки — это смешно, а пицца — так у него на столе стояли контейнеры с борщом и мясом, — так что обойдётся.
Сырная кома. Новый вид заболевания, который я открыл, съев тонкий круг теста под толстенным слоем сыра. Разобраться, что за сорта сыра я не смог. Списка не было, а на вкус это оказался, как ни странно, сыр.
Чай почти привёл меня в порядок. Пришлось ещё сходить к столовой. Там, перед входом, стоял кофейный автомат.
Я взбодрился тремя чашками капучино. Вернулся в кабинет и сыто посмотрел на папки с делами и монитор. Меня потянуло в сон.
Поход за кофе повторился.
Потом ещё раз.
Сначала работа пошла ни шатко, ни валко. Затем я увлёкся, втянулся и дела полетели одно за другим. К четырём утра я просмотрел все папки и файлы на компьютере, но ничего по взрыву десантного бота не нашёл.
Накатили досада и разочарование. Стало жаль потраченного времени. Я разложил документы по ящикам и, подойдя к окну, вгляделся в царившую там ночь.
Темнота за окном была не сплошной, а городской. Свет от фонарей врывался в черноту пространства. Отвоёвывал себе участки, подсвечивал ветви деревьев и падающий снег. За то время, что я работал, улица превратилась в филиал белоснежной пустыни.
Я представил, как пойду домой и наберу полные берцы снега. Зябко передёрнул плечами и отправился за новым кофе. Набрал целую термокружку и вернулся обратно. Чтобы не тащиться домой в темноте, я решил потратить время с толком — осмотреть свой новый кабинет. Надо к нему привыкать.
Откуда-то в голове возникла мысль, что Гривасов мог спрятать дело о крушении бота. Оно же должно быть в его кабинете, так? Ведь, Растеряшев именно так и сказал. Значит надо искать.
Осмотр новых владений вновь превратился в поиски.
Я снова вытащил все ящики. Проверил их на наличие следов от клейкой ленты. Заглянул под столешницу. Раскрутил системный блок, тщательно изучил внутренности компьютера, и закрутил все обратно.
Прошёлся по всему кабинету. Прислушался к скрипу полов на предмет тайного люка. Простучал стены. Даже в потолок потыкал ручкой от швабры.
Ничего.
Совсем ничего. А, если, что-то и было, то проникший в кабинет наверняка нашёл это и забрал.
Что ж, отрицательный результат — тоже результат. Попробую запросить дела в архиве, а пока, прикручу дверцу шкафа и поеду домой.
Я достал перочинный нож с выкидной отвёрткой. Подошёл к выходу и стал искать глазами отлетевшую петлю…
Сейф стоял в шкафу.
