Как кресло скрипнуло под его движением, лейтенант Евгений Аскольдович возмущённо уставился на Разумовского старшего. "Может, не те катакомбы?", задумчиво произнёс Викторович и указал на экран инфопланер. Атмосфера напряжения скрадывала любое движение в здании, где исчезновение трупа гвардейца стало загадкой для всей воинской части....
Умеют женщины озадачивать.
— Где ж найти такого? — протянул я.
— Поговори с Серафимом, — лицо любимой приняло невинное выражение. — Он постоянно говорит о желании создать семью.
— Ты сейчас шутишь, Душа моя?
— Просто скажи, что она графиня, и он станет главой её рода, — пожала плечами Лира.
Взгляд её стал таким нежным и трогательным, что я не смог отказаться.
— Хорошо, попробую.
— Спасибо, — она улыбнулась и поцеловала меня. Прижалась всем телом и тихо выдохнула: — ты очень добрый и хороший. Люблю тебя.
Только я хотел ответить, как инфопланшет зашёлся гудением от вибрации. Звонил мой поверенный Раувэн Сигал.
— Господин Туров! — воскликнул он, когда я взял трубку, — на арендованные объекты рода Юдиных напали. Здесь, на Владивостоке взорваны склады и магазины.
Глава 23
— Да кто ж знал, что это нарушитель? — капитан Малышев сидел в кресле, выпрямив спину. Грядушки он не касался.
— А по характеру беседы не понятно было, да? — проворчал Ерастов.
Вчера, когда поверенный сообщил об атаке на наши предприятия, я ничего не стал делать.
"Сегодня же, с семи утра, команда по борьбе с орденом собралась в кабинете Меньшова. Начались разборки. Зазвучали взаимные упрёки. А я, признаюсь, пытался отрешиться от пустых разговоров и подремать.
Получалось плохо.
— Ну, скандалили они, но если за это убирать каждого, — ехидно ответил Малышев, — то, в академии людей не останется.
— Это с кем же? — в тон ему отвечал Ерастов.
— Да Вы сами, Ваше высокоблагородие, зашли в кафе, и не разобрались сразу. А этот Ангар ушёл.
— Сарай, — поправил капитана Ерастов.
— Да мне всё равно, — пожал плечами Малышев, — в хоз постройках не разбираюсь.
— Так, хватит, — прихлопнул ладонью по столу Меньшов Валентин Севович, и я приоткрыл глаза. — Мы здесь не ругаться собрались.
Спорщики тут же успокоились и повернулись к генерал-адмиралу. Только Ерастов бросил на капитана крайне недовольный взгляд.
— Виктор Маркович, — Меньшов посмотрел на Растеряшева, — докладывай, что там произошло, а то эти, — он приподнял от стола ладонь, и покрутил ей, — только ругаться горазды. Никакого конструктива.
— Есть, Ваше высокопревосходительство, — отозвался Растеряшев и отложил инфоплашет в сторону.
