Как кресло скрипнуло под его движением, лейтенант Евгений Аскольдович возмущённо уставился на Разумовского старшего. "Может, не те катакомбы?", задумчиво произнёс Викторович и указал на экран инфопланер. Атмосфера напряжения скрадывала любое движение в здании, где исчезновение трупа гвардейца стало загадкой для всей воинской части....
Упала на диван, схватилась за животик и смеялась.
«Что за срочность?» — спросила она, когда предложил ей скорее пожениться. Ну, я и рассказал. Про Лизу….
Теперь, вместе с Варенькой, наблюдаем, как любимая трясётся от смеха. Как вытирает слёзы на щеках. Как пытается остановиться, и не может. Только доченька смеётся за компанию, а мне не смешно.
— И она рванула, ха-ха-ха, по коридору? — вырвалось у Лиры, и она снова уткнулась в подушку.
— Угу, — пробурчал я, потому что ещё не разобрался, что происходит. Это приступ веселья перед ревнивым взрывом? Или просто хорошее настроение?
— А там Родион? — просипела Лира, — и ты, хи-хи-хи, шёл с ней до двери… хи-хи-хи, чтобы он не увидел её в прозрачной ночнушке?
— Угу.
— Ой, не могу, — Лира перевернулась на другой бок, — как представлю…. Хи-хи-хи.
— Но я глаза закрыл, — решил добавить на всякий случай. Мало ли что. Душу грело, что перед вопросом любимая ответила согласием. Более того, сказала, что у неё почти всё готово к свадьбе. Это же ещё не потеряло силу, да же?
— Если закрыл, ха-ха-ха, откуда знаешь, что она прозрачная?
Косяк….
— Ох, Ростик, люба мой, — Лира немного успокоилась, села ровно, но плечи её всё ещё подрагивали, — ох, уморил, хи-хи, не молчи, милый.
— А что говорить? — буркнул я, — ну, видел. Но я ж не специально.
— Да плевать, — махнула рукой любимая, — неужели, хи-хи, ты думаешь, что я к ней приревную?
— Ну….
— Пусть ты и видел её в неглиже, — хихикнула Лира.
— Разве нет? — удивился я.
— Нет, — улыбнулась Лира, — это такая мелочь, пусть другие, если хотят, пилят за это своего мужчину.
Фух. Сам не заметил, как напрягся, а сейчас выдохнул.
— Я же тебе доверяю, — Лира встала, подошла и, положив руку мне на плечо, прижалась сбоку. — Тем более после Ксю.
— Ксю? — я аж вздрогнул.
— Тише милый, тише, — Лира провела рукой по моим волосам и, привстав на цыпочки, поцеловала в щёку, — Ксю, с Гусь-Налимска которая.
— Ааа… — протянул я. — Эммм…
— Она мне писала, — промурлыкала Лира, проводя ладошкой по моему лицу и разворачивая меня к себе.
Наши глаза встретились, и я смог просипеть:
— Что писала? — слова давались с трудом. Будто полтонны выжимаю.
— Всё, — хмыкнула Лира, а в её глазах заплясали бесенята.
— Восторгалась нашей любовью, — лицо любимой приблизилось.
— Твоей силой и благородством, — наши носы соприкоснулись.
— Твоей… стойкостью… — я почувствовал дыхание любимой на своих губах, и она тут же отстранилась, — перед её нагим телом.
