Как кресло скрипнуло под его движением, лейтенант Евгений Аскольдович возмущённо уставился на Разумовского старшего. "Может, не те катакомбы?", задумчиво произнёс Викторович и указал на экран инфопланер. Атмосфера напряжения скрадывала любое движение в здании, где исчезновение трупа гвардейца стало загадкой для всей воинской части....
— Лейтенант, — проскрипел голос преподавателя, — позвольте узнать, Вы не владеете техниками оперирования теплом?
— Никак нет, Ваше высокоблагородие.
— Что ж, бывает, — препод поджал губы, и я ощутил, как по моему телу прошел жар, который тут же высушил форму и испарил все лужи в аудитории.
— Благодарю, Ваше высокоблагородие, — я щёлкнул каблуками.
— Не стоит, присаживайтесь, — капитан махнул рукой и прошёл на подиум, где стояла лекторская трибуна. — К сожалению, современное состояние дел в армии такое, что личные возможности не поспевают за силовыми требованиями к офицерским званиям.
Он поставил портфель на пол, положил руки на трибуну и посмотрел в зал:
— Так что не мне возмущаться или наказывать за ваше не умение. Я могу лишь учить вас и надеяться, что вы приложите все силы, чтобы стать сильнее и выжить в бою. Но один совет, — его взгляд скользнул по мне, — освойте простейшую технику аурного щита.
В зале раздались смешки. Я же отвечать ничего не стал. Не говорить же что мне запрещено пользоваться силой. Да он и не ждал ответа.
— И так, тема занятия та же, что и раньше — тактика малых групп в тылу противника.
Кадеты потеряли ко мне всякий интерес. Зашумели, заелозили на стульях. Я же перевёл дух, порадовался, что не словил наряд вне очереди, и, достав стилус, открыл приложение для записей.
— Сегодня мы не будем записывать, а продолжим рассматривать ситуацию на Тау Метам, — продолжал Савельев Аркадий Кириллович (я подсмотрел в местной сети, на сайте академии, как зовут преподавателя).
— Мичман Ляпичев, личный номер… — представился незнакомый кадет, который поднялся за моей спиной, — отряд оказался на полигоне испытания нового образца вооружения Бритов, а именно, средних доспехов оснащённых невидимостью.
Так, не понял, это же….
— Унтер-лейтенант Колобков, личный номер… — поднялся другой морпех, — ситуация осложнялась тем, что в отряде не осталось обер-офицеров, а так же в отряде не было ветеранов, одни лишь первокурсники академии.
А…. Я скользил взглядом по лесу рук и понимал, что в аудитории нет ни одного унтера. Все студенты здесь — второкурсники получившие обер-офицерское звание. А ещё, что они….
— Мичман Круглов, личный номер… — вскочил ещё один морпех с поднятой рукой, — не соглашусь, один ветеран всё же был.
…Говорят о нас.
