Величественный Фырк удивленно пискнул и взмыл в воздух, подлетая к главному герою. Заметив его присутствие, великолепный существ из мира мифов радостно взмахнул хвостом, приглашая на новое приключение. Встреча с этим необычным существом навевает ощущение загадочности и неопределенности, где правда за пределами известных законов....
Похоже, «Лекарь Империи 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Что там у этого твоего Шевченко? Опять какая-нибудь редкая зараза? Или, может, на него проклятие наложила какая-нибудь его бывшая, которой он цветы на свидание не принес?
— Пока не знаю, Фырк, — я покачал головой. — Но чую, дело тут нечисто. Не зря же его мне подсунули. Здесь явно какой-то подвох.
Неврологическое отделение находилось на четвертом этаже. Я нашел нужный кабинет с табличкой «Сердюков Аркадий Львович. Заведующий отделением. Мастер-Целитель».
Постучал.
— Да-да, войдите, — раздался из-за двери мягкий, вкрадчивый голос.
Я вошел. Кабинет у Сердюкова был под стать ему самому. Чистый, строгий, ничего лишнего. Огромный книжный шкаф, забитый толстыми медицинскими фолиантами, большой письменный стол, пара удобных кресел для посетителей. Сам хозяин кабинета, лощеный, с хитрыми глазами и вежливой, но какой-то неискренней улыбкой, тут же поднялся мне навстречу.
— Ах, вот и вы, адепт Разумовский! — он протянул мне свою холеную руку. — Наша юная знаменитость! Наслышан, наслышан о ваших неординарных успехах.
— Добрый день, Мастер-Целитель, — я спокойно пожал его руку. — Игорь Степанович просил меня ознакомиться со случаем пациента Шевченко.
— Да-да, конечно, — он кивнул и передал мне еще какие-то бумаги. — Сергей Петрович Шевченко, шестьдесят пять лет. Замечательный, интеллигентнейший человек, бывший декан факультета истории. К сожалению, последние три месяца у него отмечается прогрессирующая мышечная слабость.
— Начиналось постепенно? — я быстро пробежал глазами по выписке.
— Именно. Сначала ноги, теперь уже и руки. Плюс периодическая кожная сыпь, похожая на крапивницу, и совершенно необъяснимая, резистентная к лечению анемия.
— Первое, что приходит на ум — БАС? Или миастения? — я посмотрел на него.
— Увы, — Сердюков с видом глубочайшего сожаления покачал головой. — Все это мы уже исключили. Электромиография абсолютно чистая, что нехарактерно для БАС. Все тесты на антитела к ацетилхолиновым рецепторам — отрицательные, так что и миастению мы тоже исключили.
— Тогда полимиозит? Или дерматомиозит, учитывая наличие сыпи?
— Мы тоже так думали, — он вздохнул. — Это была наша основная рабочая гипотеза. Но, увы, и она не подтвердилась. Уровень креатинфосфокиназы, который обычно резко повышается при таких заболеваниях, в норме. А биопсия мышц, которую мы провели на прошлой неделе, не показала никаких признаков воспаления. Патологической картины нет. Мы в полном, абсолютном тупике.
Я кивнул.
